Сыщик Бреннер [2 книги]

В Фридрихсграде у меня не осталось ни одного родного человека, которого стоило бы предупредить о грядущем, разве что несколько приятелей. Семья же Грэга, к счастью, уже была вывезена за пределы столицы.

Все же я воспользовался местным стационарным переговорником и набрал по очереди несколько номеров. Начал я с доктора Блюмберга, но тот лишь отмахнулся от моих путаных объяснений о предстоящей бомбардировке, заявив, что никуда бежать не собирается. Профессор Зоммер также ответил весьма невнятно, вновь упомянув часы на площади, которые странно себя ведут.

Не знаю, поверили ли мне остальные знакомые или приняли меня за нового пациента клиники «Зонненшайн», но вскоре я ощутил полную свою бесполезность и прекратил докучать обреченным. Да, они все были обречены, а я не мог спасти даже нескольких из них.

Даму под маской я больше не увидел.

Я попросил Благостаева подогнать мой мехваген к клинике. Возвращаться в деревню я не собирался.

Никто не пытался удерживать меня в клинике или арестовывать. Очевидно, император отдал четкий приказ не трогать меня, позволить действовать, как я посчитаю нужным. У меня даже императорский перстень не отобрали, видно позабыв в круговороте важных событий о подобной мелочи.

Поэтому все, что мне оставалось, это коротать ночь до утра в раздумьях и самобичевании.

А с первыми лучами солнца я принял решение.

Пусть я не оказался героем, сумевшим спасти свой дом, но я могу хотя бы умереть достойно, разделив общую судьбу.

Грэг еще не пришел в себя. Слишком многое на него свалилось за эти дни, и организм балансировал на грани между жизнью и смертью.

В палату забежала молоденькая медсестра, свежая и доброжелательная. Она явно не знала о событиях минувшей ночи. Только избранные были задействованы в неудавшемся эксперименте, остальная же часть персонала просто работала, для них сегодняшний день был обычным, ничем не примечательным.

Я все не мог перестать думать о запахе горелого мяса. Он преследовал меня, обволакивал, и я вновь и вновь вспоминал ряды обгоревших трупов.

Медсестра осмотрела Грэга, сделала два укола и попросила меня выйти из палаты.

— Ему нужен покой, пусть ваш товарищ спит. Приходите вечером. Ему станет лучше.