Сыщик для феи

Оттого-то я и сына Иеруслана грамоте учить не желал, что, когда кругом себя не зришь да умишком о жизни не мыслишь, так оно и легче, и радостнее. Солнышко встало – спасибо! Дождик покапал – снова ладушки! А уж коли научишься буквицу к буквице тулить, все, пиши пропало! Хоть как раскидывай, а все равно туга и печаль выходят.

Я молча вздохнул, мысленно соглашаясь с заявлением невежественного витязя. Ничего не попишешь, голова обречена давить на все остальное тело. Но, впрочем, без нее не легче.

Но вот гостинцы были упакованы, и поисковая экспедиция в полном составе отправилась на другую сторону Малиновой линии.

– Вы уж берегите себя! – обнимая за плечи названого брата, увещевал заботливый Неждан Незваныч. – Субурбанцы известные мироеды. За каждый чих грош тянут. А тут еще сказывают, ордынские разъезды неподалеку от самого Елдин-града видывали. Бают, поля да угодья потоптали, изгороди да сараюшки по бревнышкам раскатали.

– Да как же вы их пропустили-то?! – услышав его слова, возмутилась фея.

– Не было того! – оскорбленно задирая подбородок, мотнул головой Неждан.

 – Мимо нас не то что разъезд, а и тень ордынская не проскользнула! Сам в голову не возьму, с каких краев они там взялись?

– Хвалько! – махнула рукой кудесница.

– А вы ежели встретите, сами у них и поспрошайте! – уже вслед нам крикнул витязь.

– Всенепременнейше! – отозвалась фея, готовясь разомкнуть Малиновую линию.

Благодатная земля Субурбании встречала своего блудного приемного сына, его коня и свиту деловитой суетой. Возле гигантского метательного устройства, которое язык не поворачивался назвать катапультой, копошилось несколько десятков работников.

Демонтаж «возомета» был в полном разгаре. Командовал бригадой наш старый знакомец, лик которого мы совсем недавно имели счастье наблюдать в треснутом зеркале-карпе.

– Эй, толмач! – приближаясь к суровому прорабу, весело крикнул Вадюня. – Как в натуре стоишь, ну типа перед высоким начальством?

Переполошенный окриком мздоимец резко обернулся и, увидев нас, расплылся в благодушной улыбке.

– О! Господин подурядник левой руки! – спешно кланяясь в пояс, завопил он. – Как я рад вас видеть!

– Ну дык ясное дело! – раскинул пальцы Вадюня. – Кому ж не в радость меня видеть? Не, ну в натуре ты знаешь, кому не в радость? Если знаешь, скажи, я уж с ним по понятиям перетру.

– А поговаривали, господин подурядник, что вы изволили нас покинуть, – скороговоркой выпалил наш бывший переводчик.

– И кто ж тебе такое наплел? – до глубины души возмутился Вадим.