Сыщик для феи

– Пока точно объяснить не могу, – отозвался я. – Но сама посуди, Переплутня ловят регулярно, однако же, по твоим словам, никогда не избивали. А здесь такое ощущение, что он пережил хорошую трепку. К тому же еще эта веревка на шее…

– Зачем он мог кому-то понадобиться? – изумилась кудесница. – Тварь-то суть бессмысленная!

– Честно говоря, я вижу только одного клиента, делающего из подобных тварей что-нибудь полезное для общества. Это мурлюки.

– Да уж придумают. Вкатят ему вашу минералку, и станет он не Переплутень, а средство массовой информации, – ударился я в пророчества.

 – А что, и послушать интересно, и оказывает глобальное воздействие. Тут главное – правильно задать вектор.

– Про вектор я не поняла, но возможно, ты прав, – согласилась фея, проверяя наличие кассеты в диктофоне. – Ладно, закрывайте уши! Он уже совсем близко.

Переплутень брел, не разбирая дороги, да, судя по внешнему виду, и не особо имея возможность ее разбирать. Оба глаза несчастного болтуна были подбиты и теперь смотрелись узенькими щелочками на его тощем лице.

Бормоча что-то себе под нос, бедолага влачился, куда болезненно падал его взгляд, покуда не наткнулся на замершего в ожидании Феррари. Осознав, что впереди препятствие, и конские ноги вполне могут предполагать наличие всадника, бедная животина испуганно взвыла и отпрянула в сторону, припадая на раненую лапу.

Дальнейшее мы слышать не могли, однако приветствие Делли явно успокоило ее старого знакомца.

Несколько минут спустя, когда подкормленный феей подранок уже шкандыбал дальше, мы вволю могли насладиться витиеватыми изысками его поэтической мысли.

– Пронзила грудь стрела небесной выси из желтой рвани кровь зеленых жил. И мрачно смотрит вспоротая сила, и шевелятся многих ног ужи. Сомкнулся ряд, убитых старцев руки взметнулись ввысь, они плетут аркан, но лица их закрыты пеленою. Предел железный – Вести не предел! Не упадут, не возродятся снова их слезы отвердевшие с вершин.

Но сила их окрепла многократно, их слышен шаг и поступь вслед за ним. Страшитесь! Устрашайтесь! Берегитесь! Все замерло. Но полон жизни тот, кто принял смерть небесною стрелою и мертвой кровью камня оживлен.

– Не, ну не круто ли! – выслушав вдохновенные подвывания Переплутня, уважительно вздохнул Вадюня с видом тонкого ценителя высокого искусства стихосложения. – В натуре круто! Особенно про слезы клёво, что они чисто не возродятся.