Сыщик моей мечты

 – Я люблю тебя.

И поцеловала его. Потому что в ту минуту мне казалось, это единственный способ вернуть его из тех далей, куда он успел уйти. Я целовала его снова и снова, и поцелуи были горько-сладкими, с чувством опустошенности, с желанием зацепиться за что-то в этом мире или хотя бы на время забыться. И каждое мгновение я ждала окрика, ждала, что он, по обыкновению, скажет: все бессмысленно. Но когда я оторвалась от него и спросила виновато:

– Я опять делаю глупость? – он улыбнулся и сказал:

– Да делай что хочешь, и хрен с ним со всем.

И сам поцеловал меня и, резко выпрямившись, подхватил на руки, а я вцепилась в его плечи и уже не отпускала. И счастье было таким огромным, таким бесконечным, что я боялась, вдруг оно не поместится в моей душе, потечет через край, затопив все вокруг, а я хотела, чтобы оно принадлежало только мне.

– Не оставляй меня, – попросила я. – Пожалуйста, никогда не оставляй…

А он засмеялся и сказал:

– Да я без тебя дня не проживу.

О времени мы, разумеется, забыли.

И только когда хлопнула входная дверь, я досадливо подумала: мы в квартире Бада. Явился хозяин, и нам надлежит выметаться. Будь мы в другом месте, торопиться бы точно не стали. Тут я заволновалась: вдруг Владан хотел бы сохранить происшедшее в тайне, и, приподнявшись, испуганно заглянула в его лицо.

– Принесла нелегкая, – пробормотал он, нашел свои штаны на полу и стал одеваться.

– Полина! – позвал Басаргин, я крикнула:

– Не входи, я не одета, – и прошептала, обращаясь к Владану: – Что будем делать?

Вопроса он вроде бы не расслышал, я натянула платье, а Владан пошел к двери, на ходу застегивая рубашку.

– Ты здесь? – с некоторым удивлением сказал Бад.

Я подошла и встала рядом. Наверное, другая девушка на моем месте почувствовала бы смущение или хотя бы неловкость. Но в тот момент ничто не могло поколебать моего счастья. Я смотрела с вызовом, точно желая сказать: «Только попробуй сунуться с замечаниями». Разумеется, Бад все понял, да и глупо было бы не понять.

Выражение его лица стремительно менялось – от привычно насмешливого до растерянного, а потом сумрачно-отрешенного. В руках он держал букет: нежные розочки бледно-розового цвета вперемежку с ярко-красными. Он с недоумением посмотрел на него и протянул мне.

– Хотел пожелать доброго утра, но теперь есть повод получше. – Я взяла букет, а он повернулся к Владану. – Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Может, дождешься, когда я твое мнение спрошу? – ответил тот.