Сыщик моей мечты

Дверь дома была гостеприимно распахнута, дверной проем закрывала тюлевая штора, а изнутри доносилась негромкая музыка.

– Идиотка, – пробормотал Тихонов, подходя ближе. – Сколько раз говорить: дверь запирать и сидеть тихо.

Тут он посмотрел на нас и нахмурился, наверняка жалея о сказанном. Он вдруг замер и торопливо обратился к Владану:

– Она здесь, с ней все в порядке. Может, вам не стоит показываться? Если она сбежала из дома, я уговорю ее вернуться. Да я сам ее привезу.

– Я хочу с ней поговорить, – возразил Владан и шагнул вперед.

– О чем? – испугался Тихонов. Владан не ответил.

Мы вошли в дом. В комнате, находившейся прямо за дверью, на диване, застеленном белым мохнатым пледом, лежала девица в одном белье, которое принято называть эротическим. Черный атлас, красное кружево. Лежала, закрыв глаза, одной рукой оглаживая себя, а указательный палец второй сунула в рот.

Увлекшись созерцанием этой дивной картины, я не сразу сообразила: девушка на диване ничего общего с Юлей не имеет. Я с недоумением перевела взгляд на Владана, судя по всему, наличие здесь другой девицы его совсем не удивило.

Тут девушка открыла глаза и на мгновение замерла, после чего спросила:

Голос у нее был низкий, хрипловатый, поэтому она показалась старше, и я засомневалась, что ей нет восемнадцати.

– Давай знакомиться, – сказал Марич, устраиваясь в допотопном кресле. – Меня зовут Владан, это Полина. Ну, а Иван Владимирович тебе хорошо известен.

– Что за хрень? – повторила девушка уже с испугом, ее любовник упорно отводил взгляд, и это ей не нравилось.

– Тебя как звать-то? – добродушно поинтересовался Марич.

– Катя. Екатерина, – тут же поправилась она, схватила футболку, которая лежала на полу, быстро оделась и села, поджав под себя ноги.

– Тебя родители ищут, – с вызовом заговорил Тихонов. – Ты что, из дома ушла?!

– Что за хрень? – нахмурилась юная дива, а я начала подозревать, что, кроме этого устойчивого выражения, она ничего не знает. И оказалась неправа. – С какого перепуга мне из дома уходить? – задала она вопрос.

– Вот уж не знаю. Твоим родителям все известно…

– Да по хрен, – тут она повернулась к Владану. – Мне через месяц будет восемнадцать. Поняли? Могу делать, что хочу. И вообще, у нас любовь, настоящая. Ваня с женой разведется и женится на мне.

При этих словах Ваня невольно поморщился, как видно, в его планы подобное не входило.

– Ну, пока тебе еще семнадцать, а значит, у твоего любовника статья, – порадовал Марич.