Сжигая запреты

И вдруг, прежде чем осознаю реальность происходящего, стопорится мое сердце, стопорится мое дыхание, стопорится мое мыслеобразование. Стопорится весь мир! Кроме Шатохина, который продолжает идти.

Что он здесь делает? Он?! Почему он?! Только не он!

Едва наши взгляды скрещиваются, я содрогаюсь. И все – баланс теряется. Сдерживаемое до этого мгновения волнение сносит ограничительные преграды и разливается по телу бурными потоками разрушительного жара.

Разрываю контакт. Подскакиваю на ноги. Стремительно удаляюсь в противоположный край коридора.

Но свернуть к лестничной клетке не успеваю. Даня ловит меня перед самым проемом и, сжав мой локоть, ловко оттесняет к окну.

– Кто тебе сказал, где я? – шиплю, прибегая к самой естественной для себя тактике нападения.

– Твоя геолокация, – сообщает глухо, но тем не менее агрессивно.

Едва сдерживаю вскрик, когда его бедра нагло впечатываются в мои. Край подоконника врезается в ягодицы, столько силы этот монстр применяет. Еще и руками оцепляет. Лбом к переносице толкается.

Вынуждает смотреть в глаза.

– Прекрати следить за мной, – цежу сквозь зубы.

– Прекрати меня игнорить, – давит Шатохин в ответ.

– Я обязана, что ли?

– Блядь, Маринка… Мы же договаривались!

Кажется, он хочет меня придушить. Прекрасно.

Только вот мое сердце колотится так высоко в горле, что грозит сделать это раньше Дани. Какой бы смелой я не была, эти ощущения вызывают панику. И бешеный выброс адреналина в кровь. Кажется, что все вокруг нас обваливается. Остается лишь тот небольшой участок напольного покрытия, на котором мы с Даней стоим.

Да и он вдруг начинает вращаться, с безумной скоростью раскручивая нас над образовавшейся вокруг бездной.

– Принимать твои звонки я не обещала!

Выпалив это, инстинктивно вцепляюсь пальцами в грубоватую ткань его черной футболки-поло. Он стискивает челюсти, скрипит зубами и, скользнув ладонями по моим плечам, ответно в мое тело впивается.

– Я думал, ты здесь с ним, – все, что Шатохин выдает сдавленным злым полухрипом.

Я собираюсь лгать. Да, как обычно.

Мне нужно сказать ему, что Никита с минуты на минуту подъедет, и мы вместе пойдем смотреть на нашего ребенка. Нужно, но я не могу. С меня будто какой-то защитный слой кожи сползает. Следом за этим мое тело опаляет новой невообразимо мощной волной жара. Я вздрагиваю и замираю в попытке пережить эти ощущения.

А потом… Все решается без моего на то желания.

– Рин, – зовет возникшая рядом Лиза. – Мне срочно надо уехать. Тёма позвонил.

– Нет, – шепчу отчаянно.