Сжигая запреты

Пожираем друг друга, не скрывая уже ни страсти своей, ни какой-то поразительной сплоченной одержимости.

Но это еще все более-менее нормально происходит.

А вот когда я оказываюсь внутри тела Чарушиной на всю длину, реальность множится. Безудержные личины раздирают мое нутро на части, затапливая его противоборствующими желаниями и требуя кардинально разных действий. И нежно ласкать Маринку хочу, и грубо ебать ее, и душу ей выжечь болью, и сердце ее наполнить любовью, и тело ее взорвать похотью, и сопливо обнять, и без пощады сломать, и просто, обездвижив, заставить вечность в глаза смотреть… Быть внутри нее и узником, и палачом, и вседержителем.

Подсовывая руку Чарушиной под плечи, подгребаю ее к груди, инициируя самый крепкий контакт, какой только может быть между двумя людьми. А затем… Мои ипостаси срывают последние цепи и бросаются в атаку.

Я начинаю трахать Маринку.

Дико. Яростно. Отчаянно.

Вколачиваюсь так, что за каждым толчком по пляжу сдвигаемся. Главное, ни на миллиметр не позволяю Чарушиной от себя отлепиться.

Конечно же, это больше, чем секс. Гораздо больше.

Толчок, толчок, толчок… В каждом моя похоть, мой стыд, мое безумие, моя ревность, моя ярость, моя агония, моя одержимость, моя любовь – вся моя многогранная суть.

Целоваться неспособны. Даже не пытаемся, иначе раним друг друга капитально. Вместо губ Чарушиной прихватываю ртом ее шею. В нее разбиваются все мои стоны. Ее я кусаю. Ее облизываю и засасываю.

Толчок, толчок, толчок… Все мои боги, все мои черти, все мои падшие ангелы, все мои уродливые сущности – тьма и свет на одну Маринку.

Мою Маринку. Мою Чарушину.

Она была моей мечтой. Моим запретным плодом. Моим черным тайным желанием. А теперь стала моей. Каждый раз, как вспышка этого осознания задерживается, я испытываю такую бешеную эйфорию, которую и вместить в себе невозможно.

Неистовое биение сердца. Расколачиваем плоть с двух сторон. И все эти сумасшедшие удары не только в груди концентрируются.

Наверное, ничего удивительно, что и оргазм нас накрывает одновременно, жестко, быстро и неожиданно. Маринка откидывает голову. Вжимаясь затылком в песок, хватает губами воздух, пока не набирает необходимое для жизни количество. Стенки ее влагалища резко сокращаются и, затрудняя толчки, принимаются жарко пульсировать по моему члену.