Та, что подарила сына

Чтобы чувствовать эрегированный член, пусть и через ткань.

– Хочу… тебя, – выдохнула, царапая его тело короткими ногтями, задирая майку и жадно прикасаясь к теплой коже. Снова и снова проводя раскрытыми ладонями по плечам.

Ещё немного – и его плечи со скульптурными мускулами станут её личным фетишем.

* * *У него похерился весь контроль. Даже в сексе он четко знал, что будет делать с той или иной женщиной.

С Юлей – нет.

Ни разу.

Она давала и ничего не брала. Отталкивала и предлагала. Сводила с ума. Подпускала к себе ближе, чем можно представить, а утром прятала глаза.

Красивые. Затуманенные. Смущенные.

Лишь вечером снова предвкушено-затуманенные.

Позволяла трогать тело. Как ему нравится. Где нравится.

И наглухо закрывала душу.

Хотя он видел, как чертовка наблюдает за ним! Тянется.

Ему хотелось порой тряхнуть её. Хорошенько. Основательно.

Но тряхнуло его.

А он и не против.

Ревность глухая, противная, до сих пор зудела в груди. Демьян видел, как на Юлю смотрят мужчины. Оценивающе, заинтересованы.

Эти взгляды ничего не значили. Юля – новая фигура на шахматной доске. С Тарисовым связываться никто не будет. По крайней мере, если не собирались ввязываться в серьезную передрягу. Те, кого Юля могла заинтересовать чуть сильнее, выждут. Если у него, у Тарисова, с ней ничего не сложится, только тогда проявят активность.

Здесь Демьян был спокоен.

Но прошлое Юли… Она же за этого говнюка замуж собиралась!

К прошлому ревновать глупо. Демьян повторял себе это снова и снова.

Ему надо успокоиться.

Нет.

Ему надо почувствовать Юлю. Всю.

Он целовал её. Трогал. Ласкал. Снял с неё всю одежду. Ему надо её видеть.

Вот такую… Нежную. Трогательную. Трепещущую от его прикосновений. Он брал её. Сжимал волосы, оттягивал их назад, чтобы видеть.

Она безупречна. Юля сводила его с ума, сама того не подозревая.

Красивая…

До кровати они не добрались. Он поднялся на ноги, потянул её за собой.

– Упрись руками в диван.

Она охнула, послушалась его. Прогнулась в пояснице, выставляя себя напоказ.

В сексе Юля с каждым разом раскрепощалась всё сильнее. Откровеннее. Вот где у них царило полное понимание. Порой хватало взгляда, чтобы желание опоясало.

Демьян разделся, перешагнув через одежду, и несколько раз рукой провел по возбужденному члену, притупляя вожделение, что готовилось хлынуть через край. У Тарисова были долгие планы на эту ночь. Завтра вечером он вылетает в Японию. Была мысль взять с собой Юлю, потом решил, что рано. Пусть с сынишкой побудет.