Та, что правит балом

И я вдруг поняла, что дружеской вечеринки, пожалуй, не получится.

Так оно и вышло. Машка изо всех сил старалась спасти положение, и только все еще больше портила.

— Давно вернулся? — спросила она.

— Вы были в командировке? — задал вопрос Антон, должно быть, решив поддержать разговор.

— В командировке? — удивился Павел.

— Простите, Маша сказала «вернулся», вот я и подумал…

— Нет-нет, просто некоторое время жил в другом городе. Дела, знаете ли.

— Понятно. А сюда надолго?

«Чего это ему взбрело в голову спрашивать?» — мысленно чертыхнулась я.

— Можно спросить, чем вы занимаетесь?

Машка взглянула на мужа укоризненно, он смутился, а Павел засмеялся.

— Ничем. Ничем полезным. Я профессиональный бездельник.

— Не слушайте его, он дурака валяет, — попыталась я вмешаться, увидев недоуменный взгляд Антона.

— Дорогая, я ценю твое старание придать мне респектабельный вид, — усмехнулся Павел, поворачиваясь ко мне. — Но это совершенно напрасно. Я ничем не занимаюсь и в будущем постараюсь следовать этой похвальной привычке.

— Что ж, неплохая привычка, — пожал Антон плечами, — если средства позволяют.

— Со средствами все непросто, — хмыкнул Павел. — То густо, то пусто.

— А чем вы зарабатываете на жизнь? Ничего, что я спрашиваю? — Тони, точно опомнившись, торопливо оглядел всех по очереди.

Мы с Машкой сидели с кислыми лицами, а Павел опять засмеялся.

— Да ради бога. Я игрок. Карты, бильярд… А игра такая штука: сегодня везет, завтра нет.

Антон не знал, что на это ответить, атмосферу немного разрядил официант, который принес нам заказ.

Кое-как мы наладили беседу, попытались вспомнить юность, но и там оказалось много скользких тем. С юности перешли на день сегодняшний — тоже не лучше. Машка начала рассказывать про отдых в Турции. Антон все больше молчал, время от времени взгляд его останавливался на Павле, и тот начинал ухмыляться, тогда он поворачивался ко мне, и в его лице читалась растерянность.

— Я вас оставлю на минуту, — сказал Павел, поднимаясь, и пошел по проходу.

— Он совсем не изменился, — точно с укором сказала Машка и спросила:

Не знаю, чего больше было в этом вопросе: сомнения или боли.

— Конечно, — кивнула я.

— Приятный молодой человек, — брякнул Антон, и тут же удостоился сурового взгляда жены. — Пожалуй, я тоже выйду на минуточку, — засуетился он и покинул нас.

— Значит, отдохнули прекрасно? — начала я.

Машка взяла меня за руку и взглянула укоризненно.

— Неужели мы будем говорить об этом?

— А о чем ты хотела поговорить? — не поняла я.