Та, что правит балом

С полчаса я лелеяла мечту о бегстве, ублажая себя ею, ни одного мгновения по-настоящему не веря, что всерьез смогу решиться сбежать. «Значит, то, что о нем болтают, правда», — подумала я почти с удовлетворением. Сейчас я поверила бы любым ужасам, если бы кто-то стал мне их рассказывать. Мне казалось, что он способен на самую невероятную жестокость. "Что я против него? — с тоской рассуждала я. И еще подумала:

— Безумие — бороться с ними". И, может быть, в глубине души была рада, что бороться с ними — безумие, это ведь от многого избавляло, хотя вряд ли я смогла бы ответить на собственный вопрос даже самой себе.

Я знала лишь одно — я боюсь. И Дена и тех, кто стоит за ним. Мне они представлялись то какими-то огромными бестелесными призраками, то мрачными чудовищами. Сила, коварство… Голиафы. Голиафа сразил юноша-пастух, только я не похожа на Давида. Машка права: кишка тонка для геройства.

В комнату без стука вошел Ден. Что-то в его облике изменилось. Я поняла это сразу, лишь только взглянула на него.

— Что случилось? — поспешно спросила я, вглядываясь в его физиономию.

Он улыбнулся. И меня вдруг поразила мысль, что он красив. Безупречно мужественный облик, заставляющий взволнованно биться сердца бесконечного числа женщин. «Еще одна шутка господа», — решила я и едва сдержалась, чтобы не хихикнуть.

— Ты долго валяешься в постели сегодня, — ответил он. — Надеюсь, сможешь собраться за полчаса.

Я торопливо поднялась, он смотрел на меня, но я была уверена, что он меня не видит. Его занимало что-то другое.

Он прошелся по комнате энергичной походкой, и мускулы под его легкой рубашкой напряглись, точно перед прыжком.

— Постарайся выглядеть поэффектней, — сказал он. — Я знаю, ты это можешь.

Он улыбнулся, и тут до меня дошло: тот, кого мы ждем, здесь. Оттого и Ден сегодня… Я внимательно посмотрела на него. Неужели он рад? Счастлив? Поэтому у него такое лицо? Взглянув на меня, он вдруг нахмурился.

— Черт бы побрал Рахманова за то, что он подсунул мне свою шлюху. Хороша помощница, ничего не скажешь.

Что ты надеешься разглядеть в моей физиономии?

Я решила, что он сейчас разозлится и для начала заедет мне в ухо, но он несказанно удивил. Подошел, потрепал меня по щеке и сказал участливо:

— Я рад, что этот тип наконец-то приехал. Развяжемся с нашим делом и разбежимся. Чем скорее, тем лучше.

То ли от его неожиданного ласкового голоса, то ли от напряжения, которое чувствовалось в нем, я вдруг подумала, что он ищет моей поддержки.