Та, что правит балом

— Что вы имеете в виду? — нахмурился он.

— Ваш друг умеет мстить, вот что.

— Юля, эти машины во дворе, что это значит?

— То, что уехать я не смогу. Будем решать дело миром. Надеюсь, он успокоится, и мы договоримся.

— Я думаю, мне лучше остаться. Я могу устроиться на кухне…

— Нет-нет. Все в порядке. Уходите. Завтра утром я позвоню ему на работу.

Он наконец-то ушел. Я села рядом с креслом, на сиденье которого спал сын, и стала ждать. Сидя на полу, сложив руки на коленях, я мысленно повторяла одно и то же: «Господи, оставь мне сына.

., пожалуйста, господи…» А перед глазами была Дашка, и меня не покидало чувство обреченности, словно рядом, слева за плечом, стоит смерть, или Ник, или Рахманов. Я даже как будто чувствовала тяжелое дыхание и взгляд равнодушных глаз. И когда мне стало невыносимо ожидание, хлопнула входная дверь, и появился Ник в компании двух своих дружков.

— Салют, дорогая. Перехожу на шепот, чтобы не потревожить сон наследника престола.

Он приблизился и устроился на корточках напротив меня.

— Солнышко, договоримся сразу: давай без истерик и глупостей, без этих сцен времен Освенцима: «Мама.., сынок.., помни имя свое…» и прочего в том же духе.

— До чего ж ты любишь поболтать, Ники-бой, — усмехнулась я.

— Грешен, люблю. Дрянь ты моя ненаглядная, огорчаешь ты меня. Ох как огорчаешь! Ты родилась с золотой ложечкой во рту и постоянно ее выплевываешь. Когда-нибудь ты это сделаешь в последний раз.

— И тогда появишься ты и свернешь мне шею.

— Да. И ведь никто мне не помогает так, как ты сама.

Папа тебе что говорил? Забыла? Забыла. А он говорил: держи этого придурка за яйца, и мы горы свернем. А ты? Решила соскочить? Ишь, заделалась Девой непорочной с ребенком на руках, та тоже родила неизвестно от кого… Но и эту карту разыграть ума не хватило. Куда ты без меня, солнышко? Ладно, хватит. Ребенка я забираю. Не волнуйся, его велено доставить папаше, там няньки, не пропадет. Да и сладкоречивый наш его любит, на всех углах о нем рассказывает. Так что для пацана это хороший вариант. — Он похлопал меня по плечу и навис над креслом. — Черт, никакой сноровки управляться с маленькими ублюдками. Как его на руки-то взять?

— Можно, я отвезу его сама? — тихо спросила я.

— Без дураков? — нахмурился Ник. — Ты бы оказала мне услугу. Хочешь совет? Кидайся сладкоречивому в ноги прямо от порога, может, простит. Хотя вряд ли. Ты ведь, мерзавка, совершила страшное святотатство — посмела его не любить.