Табор смерти

 – Ни пуха ни пера.

Васин поднялся в вагон. Устроился на нижней полке.

Вскоре вокзал скрылся из вида. Оперативник в отдельном купе приготовился почивать. Завтра Москва. Потом пересадка на другой поезд. А дальше – Закарпатье и цыгане…

В республиках на западе страны Васин до этого еще не бывал. Когда он сошел на станции Ужгород, у него возникло ощущение, что он попал в какой-то сказочный сон.

Город был маленький, аккуратный, как с иллюстрации к сказкам братьев Гримм. Шпили причудливых храмов. Старинные узкие улочки.

Стены древнего бастионного замка. Все ухожено, чисто. И везде небольшие ресторанчики и кафе – таких в средней полосе России сроду не было.

И вообще во всей Закарпатской области ощущалась какая-то инаковость. Солнце. Горы, заросшие лесами. Виноградники. Аккуратненькие деревеньки. Чистенькие городки. Послевоенная разруха давно преодолена. В общем, вполне комфортные места. Но донельзя чужие. И народ какой-то не такой: с одной стороны, более закрытый, себе на уме, а с другой – шумный и говорливый.

Хотя чему удивляться? Область только десять лет находится в составе СССР. А перемены за это время огромные. Если глянуть в суть, то все везде одно и то же. Те же райкомы. Те же исполкомы. Та же милиция. Те же колхозы.

В желтом трехэтажном здании областного УВД, расположенном на улице Калинина, лейтенанта уже ждали. Заместитель начальника областного розыска в своем кабинете встретил гостя приветливо. Выслушал внимательно. Взял командировочное удостоверение, чтобы отметить его.

И горячо заверил, что Васину будет оказана любая помощь. Но вот только нужно учитывать, что цыгане – крайне закрытая группа населения. Многие до сих пор не имеют советского гражданства, то есть люди без гражданства, их даже в армию не призовешь. Так что проблемы будут, и на быстрый результат рассчитывать не стоит.

– Закрепляю за вами Сергея Анатольевича Шабура, – сказал замначальника розыска. – Он лучше других знает цыган. Работал с ними еще до войны.

Он набрал номер внутреннего телефона, попросил абонента на том конце провода зайти.

Вскоре появился невысокий, седовласый и неестественно широкоплечий мужчина, чем-то похожий на гнома из европейских легенд. На лацкане его пиджака светился орден Отечественной войны.

Как принято – знакомство, рукопожатия. После чего оперативники прошли в просторный кабинет, где было семь пустых столов.

– Остальные все в разъездах, – пояснил Шабур. – Так что нам никто не помешает. На «ты»?

– Годится, – кивнул Васин.