Табор смерти

Около бетонной арки выхода из парка Васин столкнулся с Апухтиным.

– Здравствуйте, Александр Львович, – весело поздоровался лейтенант. – Отдыхаете в заслуженный выходной?

– Все мы люди, все мы человеки, – усмехнулся следователь и, глянув на чудо в косичках, расплылся в теплой улыбке.

Ксюша смотрела на него с интересом – что это за такой важный дядечка с ее папой разговаривает?

– Ух ты, – проворковал Апухтин. – Это кто же у нас такая чудесная барыня?

– Я не барыня, – нахмурилась Ксюша, шаркнув ножкой от кипения сложных чувств – стеснения, интереса и некоторого недовольства.

– А почему? – удивился Апухтин.

– Барыни угнетают крестьян. А у меня папа крестьянин.

Папа от такого заявления только хрюкнул, сдерживая смешок. Уж, казалось, давно должен был привыкнуть к выступлениям дочки, которая как промокашка впитывала слова взрослых, переиначивая их по-своему и выдавая парадоксальные заявления. И все равно не переставала удивлять.

– О как! – улыбнулся Апухтин.

– Нет. Я октябренок! Будущий! Но это для начала.

– А потом? – заинтересовался Апухтин.

– Я буду следователем!

Апухтин округлил изумленно глаза. А Васин закашлялся, пытаясь замаскировать рвущийся наружу смех. Инна хмыкнула и тут же недовольно поджала губы – ну, кто так со взрослыми разговаривает.

– Почему? – поинтересовался Апухтин.

– Следователи дают указания папе. А я тоже хочу. Он меня совсем не слушается.

Тут уже прыснули все.

– Ну, следователи дают указания не для того, чтобы их слушались. А чтобы делать общее дело. А какое у тебя и папы общее дело?

– Не знаю, – задумчиво произнесла Ксюша.

– Наверное, маму радовать.

– Да! – Ксюша прижалась к Инне, рискуя растрепать искусно повязанные банты.

– Ну, до встречи, будущий коллега, – Апухтин протянул руку девочке, и та с самым серьезным видом ее пожала.

– До скорой встречи! – воскликнула она.

Следователь неторопливо двинулся дальше. А Васин все не мог успокоиться, его разбирал смех:

– Следователь, ох, не могу.

Но, как выяснится через много лет, смеялся он зря.

После этой знаменательной встречи Апухтин каждое утро по окончании летучки осведомлялся:

– Как там моя будущая коллега?

– Пока не хватает дисциплинки и выдержанности. Очень беспокойная, – отвечал Васин.

– Ну, дисциплина – это дело наживное. Привет ей передавай.