Табу на любовь

Чувствовал, как от каждого касания вздрагивает ее возбужденное тело.

Надавил на спину, подтянул выше, заставил приподняться. Ратти послушно уперлась ладонями в изголовье кровати. Повернув голову, она жадно ловила мой рот своими припухшими от поцелуев губами.

Осторожно приник к уголку ее рта. Тихий стон слился с моим, когда она прогнулась под меня, а я накрыл пальцами небольшую, на самую замечательную во вселенной грудь, поигрывая острыми вершинами сосков.

Вторая рука скользнула к стройным бедрам.

— Ничего не бойся, маленькая, — прошептал я.

И Ратти кивнула. Шумно выдохнул, даже не представляя, где взять сил на все и не сорваться.

Ратти тем временем потерлась бедрами, словно дразнила и заводила меня до предела.

Резко, но аккуратно заставил ее изменить положение. Теперь ее тело готово было принять меня полностью. И я, придерживая и не переставая ласкать ее грудь, прижался к узкому, влажному входу.

— Рооомаааа! — простонала она, устремляясь навстречу моему члену.

А я понял, что вот-вот сдохну от напряжения. Она была такой узкой, влажной, горячей, что меня грозило разорвать от первого же толчка.

— Замри! — выдавил я сипло, но девчонка не послушалась, дернула попкой, прижимаясь теснее ко мне, вбирая до самого основания.

Она двигалась навстречу мне, выкрикивая мое имя так, что я забывал обо всем.

Я чувствовал, как содрогается ее тело от каждого проникновения, как она до сладкой боли обхватывает меня, берет в горячий и желанный плен.

— Негодница, — прошептал я, обессиленно упираясь лбом в ее затылок и кончая в ее тело неистово и бурно. Как и каждый раз. Так может быть только с ней одной.

Ратти напряженно затихла. Ее тело замерло в предвкушении оргазма. И я помог ей. Погрузил пальцы во влажный жар, надавил, приласкал. Рати громко застонала, кончая вслед за мной. А я понял, что слаще звуков и быть не может.

Она тяжело дышала, закрыв глаза и улыбаясь ленивой, счастливой улыбкой. Я рухнул рядом, прижимая ее к своему боку. Нужно бы в душ, да сердце никак не хотело возвращаться в привычный ритм, а конечности все еще дрожали от напряжения.

И вдруг рассмеялась, а потом словно рыбка, выскользнула из моих рук и надавила ладонями на мою грудь, заставляя улечься на спину.