Табу на любовь

Пока Сашка искал ключи от двери или пытался обойти дом и проникнуть через парадный вход, я рванул к своей цели.

— Марк! Никого не впускать в гостевой! — я отдал жесткий приказ в телефон и отключился.

Спальные комнаты располагались на первом этаже. Тупо открывал каждую дверь, в поисках девчонки.

Как на зло, ее дверь оказалась последней, в самом дальнем углу. Но девчонка сама появилась в коридоре, буквально упала в мои объятия.

— Привет, Ратти, — заулыбался я, а она вздрогнула, увидев, кто стоит перед ней во всей красе.

— Скучала по мне?

— Пошел ты! — процедила девушка.

У меня был в запасе всего один безмятежный выдох. Одно мгновение, за которым последует взрыв. Я это знал. Понимала и Раттана. Видел, как она вжалась в стену. Хотела вернуться в комнату, запереться изнутри. Но я был быстрее. Пусть голова немного кружилась, а зрение приходилось напрягать, чтобы рассмотреть лицо девушки.

Азарт охотника, загнавшего долгожданную добычу в угол, собирал все инстинкты в одну дикую смесь. Грудину распирало от невозможности дышать.

Знал: как только запах этой женщины проникнет в легкие, меня попросту разорвет.

— По доброй воле ты не пойдешь? — предположил я.

— Я здесь со своим парнем! — предупредила она.

— Барсуковым? Саня — хороший мальчик. Давай не будем его вмешивать в наши дела, — миролюбиво предложил я.

— Нет никаких «наших» дел, Роман Дмитриевич! — вздернула подбородок девчонка и сверкнула глазищами так, что мой член вновь подал все признаки жизни, а по телу понеслось возбуждение.

Нет, это не женщина, а ведьма! Определенно! Приворожила меня.

Может быть, именно она меня и опоила какой-то гадостью? Всякое бывает. Но я решил все это выяснить позже. Сейчас я собирался утащить ее в свою спальню и трахать милую попку, пока девчонка не забудет свое имя. Как минимум!

Звонок телефона нарушил зрительный контакт. Я прекрасно знал, кто пытается достучаться до меня и моей совести. Но Ратти была слишком соблазнительна и желанна, чтобы изменить свои планы на нее.

Я протянул руку. Девчонка вжалась в стену затылком.

Я шагнул ближе. Она попыталась вырваться. Я зафиксировал ее ладони своими, прижал к стене. Колено протиснул меж ее бедер, не позволяя шевелиться. Голову склонил к ее уху. И возликовал. Она не просто не оказывала сопротивления, а застыла в ожидании, дрожала, как чертова сучка во время течки.

— Одна ночь, Ратти, — пробормотал я, вдавливая ее тело в стену, позволяя возбужденному члену толкнуться в женский живот.

Мне казалось, что время замерло, застыло.