Табу на любовь

Яркий свет, отброшенный с дороги на здание клиники, заставил меня вздрогнуть и застыть, буквально вжаться спиной в ледяную стену.

Около крыльца припарковался знакомый автомобиль. Кажется, теперь я узнала бы его из сотни таких же. А ведь я даже номер толком не рассмотрела, но четко понимала: за рулем находился Львовский!

Молодой мужчина в одной тонкой рубашке, все той же, с пятнами крови на дорогой ткани, вышел из салона машины и легко взбежал по лестнице на крыльцо.

Требовательный стук. Дверь распахнулась, и усталый доктор хмуро пробормотал:

— Да я же сказал вашей девушке! Нельзя здесь ночевать! Приходите утром! Сейчас пес под снотворным! Мы за ним наблюдаем!

Я осторожно выдохнула.

Понятно, что врач — профессионал. И делает все зависящее от него. Но я так хотела увидеть моего Суми! Места себе не находила от волнения, тревоги и беспокойства.

От удивления мои глаза распахнулись и готовы были полезть на лоб. А потом я успокоила себя. Это ведь Львовский! Вряд ли он изменится.

Роман резко схватил доктора за одежду, встряхнул, приподнял и процедил:

— Утром пес встанет и пойдет! Сам! Понял? Или я снесу твою шарагу нахрен! А ты будешь лечить клопов в поганом Мухосранске!

— Да что вы себе позволяете?! — возмутился врач.

Но Роман будто и не слышал голоса доктора. Лишь крепче сжал руку на шее ветеринара и с дикой злостью в голосе пригрозил:

— Пес уже завтра будет жив и здоров! И девчонке позвони, скажи, что передумал! Пусть рядом сидит столько, сколько захочет!

Я мысленно возликовала.

Неужели я действительно увижу моего малыша?!

— Я ведь не волшебник! — пробормотал врач.

— Станешь им, если тебе дорог твой бизнес! — рявкнул Львовский и втолкнул ветеринара обратно в теплое помещение.

Спустя секунду мой телефон завибрировал от входящего звонка. Пришлось торопливо бежать за угол здания и уже там спокойно ответить на вызов.

Врач предлагал вернуться и подежурить рядом с Суми. Разумеется, я не отказалась и пообещала примчаться уже через десять минут.

Убрав телефон в карман, я вернулась к пункту наблюдения.

Я бы с радостью ворвалась в клинку, наплевала бы на то, что оговоренные десять минут еще не прошли, а мое столь стремительное возвращение будет, как минимум, подозрительным. Но заставила себя дождаться, пока Львовский сядет в машину и уедет. Возможно, я трусила. Но в это мгновение побоялась встретиться с диким мужчиной.

Высокая фигура Романа появилась на крыльце. Я смотрела на широкую, мужскую спину, обтянутую тонкой тканью рубашки.