Поправочка! У совершенно спятившего профессора, который, невзирая на возмущенные возгласы друзей, так сильно стиснул Юлю в своих объятиях, что она буквально захрипела от недостатка кислорода и принялась вырываться, отвоевывая свою свободу."
"— Иначе что? — прошептал он ей на ухо.
Глава 26
А потом вдруг… будто окончательно с катушек слетел. Застонав, он яростно уткнулся носом в Юлину макушку и несколько раз полной грудью втянул в себя воздух. Россыпь мурашек тотчас же расползлась по ее коже.
А сквозь тело промчался губительный ток, воспламеняя изнутри каждую мышцу.
Юля задрожала в его руках. Завибрировала от напряжения, подобно проводу, подключенному к розетке. И… поняла, что была бы совсем не против ответить на его поцелуй. Что безумно истосковалась по его губам.
Испугавшись собственной реакции и жутко возмущенной публики в лице каримовских друзей, девушка панически взмолилась:
— Отпустите! Пожалуйста! Мне нечем… дышать…
Услышав это, Серп чуть ослабил хватку, но легче Юле не стало.
Теперь она отчетливо ощущала аромат дорогого парфюма, лосьона для бритья и запах кожи. Его кожи. Он проникал в ноздри. В легкие. Предавая себя, Попова крепко-крепко зажмурилась и что есть мочи сжала губы.
Сквозь морок сознания до нее донесся раздраженный возглас Назимова:
— Ты че творишь, старик? А ну отпусти ее! Немедленно!
Встрепенувшись, Юля уперлась ладонями в жесткую мужскую грудь и попыталась оттолкнуться. Да тщетно все. Будто скалу сдвинуть с места пыталась. Каримов никак не отреагировал на ее жалки потуги.
Зато довольно грозно рявкнул на приятеля в ответ:
— Слышь, «мой дядя самых честных правил»? Не лез бы ты, защитник хренов, со своими нравоучениями! А то ведь я быстро тебе напомню о бурных деньках твоей молодости! Тебе оно надо — при жене?
— Сука! — процедил Владимир Маркович. — Знаешь, куда бить!
— А вот с этим не поспоришь!
— Но Володька прав, Марат! — ледяным тоном осадил друга Макаров, пытаясь образумить. — Хорош уже барагозить-то! Отпусти девчонку!
Не остался в стороне и Егор.
Осуждающе поцокав языком, мужчина лениво протянул:
— Вот это да, Каримов! Теперь я видел все!
Серп дико загоготал прямо у Юли над ухом:
— Ну вот и полюбуйся, Стрельцов, пока есть чем! И праведника из себя не строй. Среди нас таких нет. Или ты запамятовал некоторые… пикантные моменты из своей биографии, чертов гений?
— Ага! Забудешь с тобой!
— Марат, не вынуждай меня вызывать охрану! — снова Назимов.
