Да и сам он верещит как резаный — тебя ему подавай! Такими темпами я скоро ревновать начну!
Попова улыбнулась. В последнее время они действительно сильно сблизились с Артемкой. Однако в следующий миг улыбка испарилась с ее лица. По спине прошелся холодок. Даже пальцы вдруг заледенели.
— С твоей… матерью? — пискнула еле слышно.
— А с кем еще ему быть?
— Ну да…
Будто чувствуя ее смятение и растерянность, Каримов напряженно уточнил:
— Это проблема?
«Конечно, проблема! — взревела мысленно. — Конечно, проблема, черт подери! Мне ведь придется контактировать с ней! Смотреть в глаза! Здороваться! И это все после… не самого идеального знакомства!»
Хоть и затрясло ее знатно, вслух девушка пробормотала:
— Нет! Никаких проблем!
— Юль?
— М-м-м?
— Никто тебя больше не обидит! — произнес Марат таким тоном, что даже сомневаться было страшно.
— Это я тебе говорю! Ничего не бойся!
— Я и не боюсь! — соврала, не моргнув и глазом.
Боялась. Так сильно боялась, что подташнивало даже.
— Умница-девочка! Другого от тебя я и не ожидал!
— Когда ехать?
— Прямо сейчас!
Сейчас так сейчас. Поболтав с ним еще немного, Юля вызвала такси.
И уже спустя двадцать минут, буквально подыхая от волнения, трясущимися пальцами нажала на звонок. Тот был оснащен видеокамерой, поэтому ворота распахнулись почти сразу. Автоматически. Потуже затянув пояс плаща и что было сил вцепившись в кожаный ремешок своей сумки, девушка наконец шагнула внутрь. Во двор. Практически в ту же секунду распахнулась входная дверь, и из дома на улицу выскочил Артем.
Вопя во все горло «Юля», мальчуган несся к ней навстречу. В домашних шортах и тоненькой футболочке. Без обуви. В одних носках. Ужаснувшись, она подхватила его на руки и, крепко прижав ребенка к своей груди, искренне возмутилась:
— Ты чего вытворяешь? Разве так можно? На улице холодина!
— Я ждал тебя!
— Это, конечно, приятно! Но простуду еще никто не отменял!
— Ну, не ругайся! — заканючил сорванец. — Привет!
— Привет, Дон Жуан!
Немного смущаясь, он торопливо чмокнул ее в щеку.
Улыбнувшись, и Юля смачно поцеловала его в темную макушку.
Но в следующий миг замерла подобно каменному изваянию. Сердце в пятки ушло. Не иначе. На пороге стояла Таисия Семеновна.
* * *Сказать, что женщина взирала на них задумчиво и странно — ничего не сказать. Поставив Артема на землю, Попова коротко велела ему:
— Беги в дом!
Мальчуган послушно помчался в свое теплое жилище.
