А Юля, твердо выдержав взгляд матери Марата, уверенно произнесла:
— Здравствуйте!
— Здравствуй! — прилетело в ответ.
— Кхм… Марат сказал… в общем, я заменю вас! — пояснила зачем-то.
— Знаю. Проходи!
Кивнув, девушка проскользнула внутрь. Но заметив, что женщина закрыла входную дверь и уходить никуда не собирается, серьезно забеспокоилась.
Очевидно, эмоции отразились на ее лице. Ибо в следующий миг Таисия Семеновна произнесла:
— Спасибо, что не отказала. Спасибо, что пришла. Мне действительно нужно отлучиться, но… сперва я хотела бы поговорить с тобой! Выпьем чайку?
Юля напряглась от ее слов.
В груди склизкой змеей шевельнулась тревога.
Тем не менее, прекрасно понимая, что выбора у нее нет, смиренно кивнула.
Дождавшись, пока она разуется и снимет плащ, женщина сопроводила ее на кухню. Артем все это время нарезал круги рядом с ними, без конца интересуясь у Юли, во что же они будут играть сегодня.
Присев за стол, Попова мгновенно сообразила, что ее поджидали."
"Таисия Семеновна заварила травяной чай, аромат которого разносился по всей кухне, конкурируя с запахом свежей домашней выпечки.
Пока женщина накрывала на стол и наполняла чашки кипятком, они друг с другом не разговаривали. Юля общалась только с Артемом. Но потом его бабушка велела ему поиграть в гостиной, и… они остались наедине.
— Мой сын рассказывал тебе про родителей Артема?
Не доверяя своему голосу, девушка снова просто кивнула.
Собеседница сжала губы в тонкую линию. Тяжело вздохнула.
И грустно улыбнулась, вцепившись в свою чашку обеими руками.
— Знаешь, по сегодняшним меркам я родила Марата очень рано, — продолжила она, — в восемнадцать с хвостиком. Муж очень сильно детей хотел. Грезил просто. А я… по сути, не была готова. Не соображала толком ничего. Боялась. Но на поводу у него пошла. Правда, долгое время осознать не могла. Я не ощущала себя матерью, как бы страшно это ни звучало. Материнский инстинкт проснулся во мне гораздо позже. Когда у нас родился Тимур. Тогда я и ощутила его в полной мере. Он все другие эмоции и чувства затмевал.
За младшего сына я готова была растерзать. Кидалась на мужа как пантера, стоило ему просто голос на него повысить. Так и получалось, что с Тимура мы пылинки сдували, а Марату доставалось по полной программе. С ним мы всегда были излишне строги. Да и характер у него такой, что врагу не пожелаешь. Чуть слабину ему дашь, и все — сломает. Да и сейчас с ним особо… не забалуешь. Единственная отдушина у него была, единственная слабость. Тимур.
