Онлайн-библиотека книг
Понимала, что как дура стою посреди незнакомой и совершенно чужой квартиры с закрытыми глазами и разорванным в лохмотья сердцем. Держалась лишь потому, что не могла себе позволить показать Ваське, что чувствую на самом деле. Самообладание? Нет, это гордость, на которой подобно хрупким ёлочным игрушкам были нанизаны боль, обида и бурлящая злость вперемешку с ревностью."
"Когда брат с красными от гнева глазами выпалил, что Серёжа женат, земля ушла из-под ног. Меня как в прорубь окунули, лишив глотка отрезвляющего воздуха.
Как могла я забыть, что рано или поздно наступает расплата? Что у всего есть своя цена, а торгаш, распространяющий счастье, зачастую не гнушается брать мзду слезами, болью или даже жизнью.
– Любовь? – пьяный окрик за спиной заставил вынырнуть из своих мыслей.
Васька не с первого раза смог закрыть деревянную входную дверь, перекрашиваемую в противный гусенично-зелёный цвет раз сто, отчего углы больше походили на рябые овалы.
– Ось, только не говори, что ты влюбилась в этого мужлана.
– Что ты несешь? – с нескрываемым удивлением наблюдала, как братец мечется по комнате, переставляя с места на место предметы, попадающиеся под руку: пепельница, переполненная окурками, бутылки, пустые и весьма изрядно пахнущие коробки с остатками еды, перешагивая через горы валяющейся одежды. Он делал все, только не смотрел в глаза, отворачивался, гундел себе что-то под нос, постоянно посматривая на темный экран смартфона.
Я осмотрелась, только теперь осознав, что нахожусь не в квартире, а в каком-то странном помещении. Тут не было коридора, а войдя, сразу попадаешь в просторную комнату, заваленную старой мебелью, почерневшими офисными столами, составленными друг на друга, а у окна гордо стояла старая софа, накрытая пледом странной окраски с невнятными, чуть замытыми пятнами.
