Тафгай

Мерфи резко повернула голову в мою сторону и приподняла темную, красиво очерченную бровь:

– Что, прости?

– Сумма твоего гонорара, – я оперся плечом на дверной проем в гостиной и скрестил руки на груди. – Сколько Бобби предложил тебе? Десять штук? Так вот, мы дорисуем в контракте еще один нолик.

– Ты спятил, – она в неверии покачала головой.

– От любви к искусству, – широко улыбнулся я. – Почему ты думаешь, что твои работы менее ценны, чем какие-то нарисованные треугольники или консервные банки, которые продаются на «Сотбис» за миллионы?

– Потому что я не профессиональный художник, Эш.

 – На ее щеках появился очаровательный румянец. – У меня даже нет специального образования…

– У Фриды Кало[7] его тоже не было, однако это не помешало ей стать великой.

– Ну ты сравнил, – смущенно рассмеялась Мерфи, и мне показалось, что в комнате сразу стало как-то светлее.

Бреннан была великолепна: гладкая кожа персикового оттенка, которая досталась ей от матери-ирландки, стройная подтянутая фигура и выразительные черты лица.

На ней была голубая водолазка, темные обтягивающие джинсы с высокой талией, подчеркивающие каждый изгиб ее тела, и потертые замшевые угги песочного цвета. Но больше всего привлекали внимание ее губы – сочные, аппетитные. Созданные для поцелуев.

Очевидно, я утратил свой хренов разум, но мне вдруг захотелось снова попробовать их на вкус.

– Ты замужем?

– Не твоего ума дело, – ответила Мерфи, копаясь в своем телефоне.

– Кольца нет.

Она подняла голову и удивленно посмотрела на меня.

– Уже проверил? – ее взгляд помрачнел. – Ты прав, я не замужем. Грабли – не мой инструмент, Сандерс.

– Значит, я – грабли?

Мерфи закатила глаза и подошла к камину, в котором равномерно горел огонь. Отблески пламени заплясали на ее лице и длинных темных волосах с осветленными кончиками, мистически подсвечивая большие карие глаза.

– В нем нет дров, – растерянно произнесла она. – Откуда огонь?

– Это биокамин, – пояснил я. – Он работает на этаноле.

– Ты все такой же показушник, – улыбнулась Мерфи.

Блять, какая же она красивая…

Я смотрел на нее, как Джафар на волшебную лампу, и в памяти вдруг всплыло воспоминание, как мы трахались с ней на диком пляже в Сан-Франциско. Это было незабываемо… О, а еще у нас был жаркий секс в прачечной, на первом этаже гостиницы Лас-Вегаса, где нас едва не засекли… И на подъемнике, когда отдыхали на горнолыжном курорте в Вермонте…

– Ради всего святого, Сандерс! – услышал я возмущенный голос Мерфи.