В тот момент, когда тонкие руки этой девки взметнулись вверх, а проворные пальцы выхватили из волос тонкую, как спица, заколку, он почувствовал прикосновение ангела смерти, словно бы погладившего его по щеке. Когда-то он уже испытывал это чувство. И тогда его ощущения его не подвели.
Только годы боевых восточных практик, совершенный контроль над своим телесным аппаратом, умение держать удар и уходить в глубокую медитацию помогли ему перехватить ее руку в буквальном смысле не в миллиметре, а в микроне от того, чтобы сдохнуть от точного, выверенного удара.
Ее руки были сильными, вопреки хрупкому телосложению. Девица неплохо подготовлена. Оперативно прореагировавшая на его клич охрана жестко скрутила ее, заломив почти пополам. Другая бы на ее месте уже выла бы от боли, а эта… Эта лишь кидала на него исподлобья полные ненависти взгляды, злобно щурясь…
— В карцер эту суку. Без воды и еды, пока не решу, каким образом казнить ее… — процедил он холодно, брезгливо отшвыривая ногой заколку для волос.
— вспомнил свое негодование в тот самый момент, когда всё произошло.
— Не понимаю, зачем это ей… — задумчиво произнес Омар еле слышно. То ли для себя, то ли для Адама.
В этот момент безопасник вытащил из кармана небольшой прямоугольник и положил на стол. Теперь возле почти пустого стакана виски лежал черный туз пик.
— Метка фаталов. Самых искусных киллеров Европы. — в ужасе произнес Омар, уже даже не бледнея, а синея…
— Девица преднамеренно втерлась к Вам… — кашлянул, подбирая слова, — в доверие, чтобы выполнить заказ…
Адам не сказал ничего.
Просто попросил их удалиться и оставить его одного."
"Он пил уже третий бокал виски, а словно бы воду. Пережитое настолько сильно заставляло у него внутри всё клокотать, что алкоголь никак не расслаблял. Дерзкая сучка. Никто и никогда так нагло и откровенно не смел бросать ему вызов. Какая-то мелкая шармута (араб. — шлюха), оказавшаяся в его дворце только потому, что Кейтлин посчитала ее интересной зверушкой для его зоопарка, хотела его убить.
Усмехнулся сам себе под нос. Позорная была бы смерть — от рук эскортницы. Нечего сказать, достойная участь для правителя. Сжал кулаки. Даже не от злости на дуру-соплячку. Было что-то иное, что терзало его похлеще, чем сам факт того, что он, неуязвимый, всесильный шейх Адам был сегодня в шаге от смерти. Разочарование.
