Тайна гувернантки

— Ну, хватит! — рявкнул Ричард. Эмбер еще никогда не видела его таким злым. — Извольте выслушать меня!

— Ты сам хотел театральности, — заметила Кейлин, — так что не удивляйся, что мы реагируем подобным образом. Лучше объясни.

— Хорошо. — Он побарабанил пальцами по резному подлокотнику кресла. — Начну издалека. Несколько лет назад, в тот самый год, когда мы с вами познакомились в Брайтоне, я провел там чуть больше месяца, отдыхая после последней поездки в Африку. Захотелось скуки, и даже присутствие утомительных гуляк мне не докучало.

Однажды вечером меня попросили осмотреть пациентку, которой стало плохо. Ее лечащий врач был в отъезде и должен был возвратиться лишь через несколько часов, а я оказался поблизости… Опустим подробности. Женщину, к которой меня вызвали, звали Мейда Ларк.

— Моя тетушка? — в недоумении переспросила Эмбер.

— Ну, я тогда не знал, что она ваша тетушка. Честно признаюсь, я и имени ее не вспоминал до недавнего времени. Да и тогда с трудом вспомнил. Единственное, что осталось в моей памяти от ее облика, — волосы у нее были очень красивые, пепельно-золотистого цвета.

Оказалось, что диагноз неясен, женщина страдает от неизвестной болезни. Я осмотрел ее, дал лекарство; она попросила остаться. Я никуда не торопился, к тому же врачебный долг обязывает; я намеревался дождаться ее врача и уйти со спокойной совестью. Так что я уселся в предложенное мне кресло и, предложив пациентке поспать, взялся за захваченную с собою книгу.

Однако мисс Мейда Ларк не собиралась отправляться в мир грез.

«Я умираю?» — спросила она у меня через некоторое время.

«Нет, миледи, — ответил я, — вы просто заболели».

«Не лгите мне, я знаю, что умираю».

«Я вас почти не осматривал, потому не могу сказать точно».

«Я могу быть с вами откровенна?»

Тут я понял, что почитать не удастся, закрыл книгу и приготовился слушать. Пациенты в минуту слабости часто изливают врачу свои секреты, так что я в некотором роде исповедник. Сколько всякого пришлось выслушать, вы не представляете.

Обычно я это быстренько забываю — мне эти знания незачем, не шантажировать же ими потом людей. Так что откровения Мейды Ларк я слушал вполуха, тем более что звучали они бредово.

Через три часа, когда пациентка выговорилась, взяла с меня обещание, что я унесу эту тайну с собой в могилу, и уснула, появился ее врач. Он представился Робертом Финли. Мы с ним встречались однажды, о чем я ему напомнил.

«Ах да, в Лондоне! — сказал он. — Конечно же.