Тайна леди

Робин сделал свой выбор, застегнул перевязь и поправил плащ. Когда он уже направлялся к двери, Эш сказал:

– Пожалуйста, Робин, не пытайся убить его. Кровь, ну ты знаешь. Столько грязи.

Маркиз Эшарт обнаружил, что обращается к открытой двери. Он зарядил пистолет, положил в карман и пошел искать своего кузена. Ведь Ротгар недавно обрел итальянскую дочь из Милана.

Вопреки всему Петра весело проводила время.

Она уже забыла, как чудесно было флиртовать, особенно в анонимности маскарада. Она порхала от одного джентльмена к другому, обмениваясь только загадочными замечаниями и дразнящими улыбками и иногда позволяя легкий поцелуй.

Общество вело себя лучше, чем было бы в Венеции, вероятно, потому что здесь собрались избранные и что в полночь все снимут маски. Женщина, с которой обошлись слишком грубо, может оказаться из очень влиятельной семьи. Женщина, которая вела себя слишком вольно, может быть опозорена.

Начались танцы, и джентльмен в красном увлек ее в центральный зал танцевать. Она рассмеялась, начиная энергичные фигуры, и он улыбнулся ей в ответ.

Повернувшись, Петра подняла глаза и увидела на балконе мужчину в пурпурном плаще, который наблюдал за ней. Но когда при следующем повороте она снова подняла глаза, мужчина исчез.

Что ж, это приятно, когда тобой восхищаются. Петра сосредоточилась на танце до финального реверанса партнеру, но потом ускользнула от него. Она пробиралась к краю зала в поисках других развлечений, но вдруг кто-то схватил ее за талию, и Петру утащили в тень за фасадом.

– Перестаньте! – выдохнула она, полагая, что это ее партнер по танцу. Но потом поняла, кто это был на самом деле.

Он не проронил ни слова, просто поцеловал ее. Петра знала его вкус, его запах. На мгновение у нее перехватило дыхание, и она поцеловала его. Каким-то образом Робин все-таки нашел ее, и Петра была счастлива.

– Идем. – Робин взял ее за руку, повел по проходу в боковой коридор, затем вниз по лестнице, через кухню и на улицу.

Не говоря ни слова, Робин отбросил ее шляпу и снял с нее маску. Его маска была всего лишь узкой черной полоской, и Петра рассмеялась от восторга, вновь увидев его.

Он развязал ее плащ, чтобы открыть ее обнаженные плечи и низко вырезанный корсаж, и благоговейно поцеловал их. Задыхаясь от наслаждения, Петра неловкими пальцами сбросила его маску, потом плащ и скользнула руками под сюртук, пока его губы ласкали ее.