Тайна леди

Он стал открывать багажное отделение и случайно коснулся ее руки. Петра проигнорировала игру и отперла свой сундук, чтобы достать серый шерстяной плащ. Она позволила Робину взглянуть на содержимое, прежде чем снова закрыть сундук.

Он взял плащ, чтобы накинуть ей на плечи. Это была всего лишь простая любезность. Лудо…

Зимний сад, блестящий от инея. Подбитый мехом бархатный плащ. Обжигающий поцелуй…

– Что вы сказали? – спросил он.

– Просто холодно, – ответила Петра, застегивая пряжку на шее. Она подумала о том, что случается, когда женщина позволяет мужчине играть в такие игры.

 – Как по-вашему, мы можем развести огонь? Вон там лежат дрова.

– Надо спросить разрешения, а то, чего доброго, нас обвинят в воровстве.

Он накинул на плечи плащ и поднял капюшон. Это был плащ для верховой езды, сделанный из мягкой кожи, непромокаемый.

– Возможно, эти дамы оценят мои прекрасные глаза.

Она не может остаться здесь с ним на всю ночь. Просто не может.

– Узнайте, не найдется ли для меня постель в доме, – попросила Петра.

 – В конце концов, я безобидная женщина.

– Для других женщин, возможно.

Он хотел уйти, но его остановило поскуливание. Кокетка была в ужасе от того, что ее покидают. Со вздохом он взял ее на руки, сунул в карман и пошел под дождь. Однако его ноги в высоких сапогах увязли в скользкой грязи, так что вместо уверенного марша темный воин в капюшоне с трудом пробирался через двор.

Петра подавила хихиканье, но молилась, чтобы женщины позволили ей спать в доме.

Робин добрался до двери и постучал.

Дверь чуть приоткрылась, потом немного шире. Он поговорил с женщиной и направился назад к сараю. Оказавшись снова под крышей, Робин сбросил капюшон, вода стекала с него ручьями.

– А я? – спросила Петра.

– Вы так торопитесь сбежать от меня. Разумеется, это очень комфортабельное место, но мадам Гулар разрешила вам провести ночь в доме.

Петра поспешила к своему сундуку, чтобы достать мешок с предметами первой необходимости и запасное платье на завтра. Она уже хотела уйти, но тут вспомнила, что на ней надеты сандалии.

Так что придется идти босиком. Петра нагнулась, чтобы развязать их, но Робин сказал:

– Могу я попросить о чести отнести вас?

Он был невозмутим, но она слышала смех в его голосе. Петра колебалась, но слишком сильно было желание оказаться в его объятиях.

– Спасибо, – сказала она и попыталась не напрягаться, когда он подхватил ее на руки.

Лудовико, несущий ее, подхвативший ее на руки, только чтобы показать свою силу.