Тайна леди

 – По одному к каждому костюму хозяина. Некоторые с драгоценностями.

– А где поводок к его теперешнему наряду? – спросила она. – Глупое создание хочет, чтобы ее растоптали.

– Пусть бежит. Он будет рад избавиться от обузы.

– Не может этого быть.

– Нет? – Камердинер ухмыльнулся. – Он приобрел ее, чтобы произвести впечатление на одну версальскую красавицу. А когда добился своего, сучка стала ему не нужна.

«Которая сучка?» – подумала Петра, ей было неприятно, но в то же время любопытно.

– И все же глупое создание продолжает донимать его, – вздохнул камердинер.

 – Они так часто это делают, досаждая ему.

– Это предупреждение для меня, Фонтейн? – Когда камердинер ухмыльнулся, Петра сказала: – Забудьте об этой одежде и помните о моей рясе. И даже будь я обычной леди, меня не заинтересовал бы такой мужчина, как он.

– Вы были бы единственной из всех женщин.

– Леди Содуэрт тоже не впала в экстаз. Так же, как женщины Гулар. Где поводок Кокетки?

– Я полагаю, в кармане его сюртука. А его сюртук неизвестно где.

– Если он был при дворе, где его придворные костюмы?

– Он отсылает их в повозке, чтобы быстрее ехать.

Я предупреждал его, что однажды они будут потеряны или украдены, но ему все равно. К тому же мы прибываем в Лондон раньше их, и если случается какой-нибудь большой прием, мне приходится на скорую руку придумывать что-то из его старой одежды.

– Мистеру Бончерчу нравится мода и придворная элегантность? – спросила Петра, наблюдая, как покрытый пылью мужчина работает, отпуская шуточки помощникам.

– Когда он в настроении.

Камердинер сказал правду, подумала Петра. Робин – человек настроения. А оно у него постоянное меняется.

Кокетка все еще вертелась, стараясь добраться до своего обожаемого хозяина, так что Петра пошла вдоль ухабистого края дороги. Пока они шли, Кокетка изливала ей свое недовольство.

– Ошейник в драгоценностях и украшенные поводки под каждый костюм. Он использовал тебя, а теперь отдал бы любому, кто согласился бы тебя взять. А ты обожаешь его.

Кокетка наклонила набок голову, словно обдумывая сказанное.

– Но ты не можешь по-другому. Да? Влюбленная женщина забывает о гордости. Я слишком хорошо все это знаю. С Лудо у меня было то же самое, но я старалась этого не замечать.

Петра вздохнула. Вдруг она увидела малину. Длинные стебли пробивались через изгородь. Петра сунула Кокетку под руку и стала есть ягоды, читая собачке лекцию о гордости, предусмотрительности и безнравственности привлекательных мужчин.

Петра вздрогнула и обернулась.