Тайна моего положения

А ночевать в лесу завсегда было опасным делом.

— А за комнаты в постоялом дворе сколько берут? — спросила, подсчитывая в уме предстоящие траты.

— Сол или полтора, но вам, поди, такие не подойдут, — проговорил мужчина, тут же добавив, — за два можно хорошую комнатку взять.

— Ясно, во сколько выезжаете?

— В восемь обычно, но ежели надо, подожду.

— Билет в кассе купить можно?

— Так я сам вам карточку выдам, — обрадованно улыбнулся извозчик, доставая из-за пазухи маленькую книжицу, — Бирном меня кличут, мадам. Вы не извольте беспокоиться, у нас компания серьезная, мы в ратуше лицензию получили и за каждую бумажку ответ держим.

— Хорошо, — невольно улыбнулась деловому тону извозчика, забирая свой билет, взамен ссыпав в раскрытую ладонь пять сол.

— Вы, мадам, харчи тут на площади не берите, торговцы больно дорого берут. На рынок идите, что у пустого колодца, там завсегда дешевле было, — прошептал Бирн, лукаво мне подмигнув, и тут же громко продолжил, — я здесь вас буду ждать, в восемь, как условились.

Отвечать ему не стала и, лишь коротко кивнув, поспешила в указанном направлении. Времени осталось всего несколько часов, а сделать предстояло еще довольно-таки много: купить продукты в дорогу, еще не помешало бы приобрести нижнее белье, шерстяные чулки и теплое одеяло — кто знает, что меня ожидает в дороге. Еще хотелось бы успеть на ужин в гостинице, раз я за него заплатила, забрать у Марши свой плащ и освободить номер…

— Госпожа, мазь в сумку положите, за три дня от раны и следа не останется, — смущенно улыбаясь, проговорила Марша, помогая упаковывать в новенькую дорожную сумку мой скромный скарб, — ключи от номера я сама Джо отнесу, а вы в ресторан ступайте, поди, и не обедали сегодня.

— Спасибо тебе, Марша, — промолвила и, поддавшись порыву, крепко обняла враз стушевавшуюся девушку.

— Вы, госпожа, берегите себя… — тотчас шмыгнула носом Марша и, подхватив корзину с бельем, первой выскочила из номера. Я тоже не стала более задерживаться и, забросив на плечо сумку, устремилась в ресторан, есть и правда хотелось с каждой минутой все сильнее.

Зал ресторана восхищал своей стариной роскошью. Тяжёлые бархатные портьеры на окнах, украшенные золотистой бахромой, пропускали лишь мягкий, приглушённый свет уличных фонарей. В зале мерцали свечи — их пламя отражалось в отполированных до блеска столах и больших зеркалах, создавая тёплую, немного загадочную атмосферу. Воздух был напоён тонким ароматом мяты, табака и свежеприготовленных блюд.