Тайна моего положения

— О, леди Уилкинс опять затеяла благотворительный бал? — хмыкнул старик, когда я дошла до светской хроники. — Можно подумать, что все эти приёмы она устраивает исключительно ради общественного блага, а не для того, чтобы похвастаться новым веером из страусиных перьев.

— Кхм… мсье Онор замешан в скандале? Странно, он очень осторожный человек, наверняка это все происки графа Шермана…

После чтения газеты мсье Арчи предложил мне прогуляться по саду. День выдался на удивление тёплым для поздней осени, и золотистое солнце щедро заливало светом аккуратно подстриженные лужайки.

Старый садовник Том как раз заканчивал укрывать розовые кусты на зиму, и его натруженные руки ловко управлялись с соломой и мешковиной.

— Знаете, — задумчиво произнёс мсье Арчи, когда мы неспешно шли по усыпанной гравием дорожке, — иногда мне кажется, что сад — это единственное место, где время течёт правильно. Не торопится, не замедляется, просто идёт своим чередом, как и положено природе.

— Позволю себе не согласиться, — мягко возразила, останавливаясь перед кустом хризантем, чьи пышные шапки цветов уже начинали увядать.

 — В саду время бежит так же стремительно, если не быстрее. Взгляните: весенние первоцветы радуют глаз лишь несколько дней, летние розы опадают за одну ночь, а осенние астры спешат отцвести до первых заморозков. Каждому растению отмерен свой срок — иным месяцы, другим лишь считаные часы.

— Возможно, именно поэтому их красота так ценна, — рассеянно отозвался мсье Арчи, опираясь на трость. — И всё же они возвращаются каждый год, напоминая нам о вечном круговороте жизни.

В этом и есть особая прелесть сада — здесь смерть всегда соседствует с новым рождением, а увядание — с расцветом…

После прогулки мсье Арчи удалился в кабинет, а я, воспользовавшись свободным временем, решила проверить расходные книги, о которых он упоминал накануне. Устроившись в своей комнате у окна, я погрузилась в столбцы цифр и записи расходов.

К моему удивлению, управляющий оказался честным человеком — все расчёты сходились до последнего фарла, а каждая трата была тщательно задокументирована.

Единственное, что вызвало у меня вопросы, — это несколько крупных переводов в банк.

За обедом я поделилась своими наблюдениями с мсье Арчи, и он ничуть не удивился, сообщив, что знает о переводах, и похвалил меня за проявленную инициативу, со смехом добавив: — Так вот почему старина Джеффрис последнее засиживается до поздна! Видимо, почуял, что его работу будут проверять более внимательно.