Тайна поющей змеи

Надо полагать, кобра, которую вы видели в доме в Торренте-Каньоне, была всего навсего трюком?

— У них там на потолке установлены кинопроекторы, и они направляют изображение змеи в клубящийся дым, — объяснил Пит. — Казалось бы, ничего из этого не может получиться, на людей нужно надеть специальные очки и уговаривать их, что они видят настоящую живую змею, так ведь нет — весь секрет в клубах дыма. Все действительно видели змею, живую, настоящую, объемную.

— Даже мы поддались обману, — сказал Юпитер, — а ведь эти люди верят в змею и хотят ее видеть.

Разумеется, змея должна петь. Чтобы скрыть шум работающих проекторов.

— Все имеет свои причины, — заметил мистер Хичкок. — А что представляет собой пение змеи?

— Это штучки Ариэля, — сказал Юпитер. — Мы думали, он изобрел какое-то устройство и оно издает эти звуки, но нет: он чревовещатель, раньше даже выступал, так что ничего удивительного в его неподвижной позе не было. А вот как Мара поет, мы видели.

— Мара весьма талантливая особа, насколько я могу судить?

— Чрезвычайно, — подтвердил Юпитер.

 — Она великолепная актриса. Доктор Барристер, пока они ехали в Роки-Бич, дал ей прослушать пленку с записью того собрания в столовой Элли. И через несколько миль она уже сама могла спеть песнь змеи.

Мара также устроила очень ловкий фокус со статуэткой змеи, которую мисс Осборн положила в зеленый мешочек. Доктор Барристер уверен, что у нее был спрятан в юбках точно такой же второй, но Мара клянется и божится, что нет, другого мешка не было.

Ну конечно же, она поменяла мешочки, когда каталась по полу, и потом пустой отдала мисс Осборн, а тот, в котором была змея, унесла с собой.

— Это старый трюк, — заметил мистер Хичкок. — А доктор Барристер рассказал вам, почему он так заинтересовался мисс Осборн и братством, в котором она состояла?

— Он пишет исследование о психологии суеверий, — сказал Юпитер Джонс. — Он знает чуть ли не все мистические секты в Лос-Анджелесе — ведь он их изучает.

В несколько сект даже вступил. И мисс Осборн входила во множество сект. Он часто ее встречал на сборищах — задолго до того, как поступил в их дом слугой и назывался Бентли. Теперь-то мисс Осборн из всех сект вышла. И вместе с ней Маделин Эндербай.

— Его это не удивило? — спросил мистер Хичкок.

— Удивило, потому что не укладывается в образ. В этих сектах мисс Осборн надеялась найти что-то необыкновенное, и эта другая дама, Маделин Эндербай, тоже.