Тайна, покрытая мраком

Передний номер был аккуратно прикрыт клочком бумаги на скотче; судя по тому, что Олег вернулся из своего короткого путешествия вокруг машины с такой же бумажкой в руках, никто тут не шутил.

— Как же нас менты не остановили? — озадачился он.

— Повезло… А медкомиссию проходят, когда на актерский поступают? — спросила я, возвращаясь за руль.

— Без намеков, пожалуйста, — обиделся Костя.

— Какие намеки? Тебя в дурке капельницы дожидаются.

— Я подумал, секретарша глазастая, вдруг на номер внимание обратит и узнает, кто мы.

И вообще… Я хотел сразу же снять. Но забыл. Ладно, не злись. Обошлось ведь…

— Приглядывай за этим народным, — посоветовала я Олегу и поинтересовалась: — Куда теперь?

— Домой, — кивнул сыщик. — К бабке, я хотел сказать.

— Приятно, что жилище моей старушки для вас уже дом родной, но вряд ли она вместе со мной порадуется.

Однако намерение Олега я втайне приветствовала. Во-первых, оставлять этих олухов без присмотра — себе дороже, а во-вторых, если наши догадки верны и Вова с дружком действительно убийцы, запросто могут нагрянуть.

Когда мужчины рядом, все же спокойнее. Хотя от этих я особого прока не вижу.

Вскоре я тормозила возле дома Теодоровны, и здесь меня ждал сюрприз. Вместо того чтобы двигать к калитке, Олег вдруг предложил:

— Зачем? — нахмурилась я.

— Погода хорошая, — пожал он плечами.

Погода погодой, но все же подозрительно. Чего это ему со мной прогуливаться? У Кости данное предложение подозрений вызвало еще больше.

— А я? — спросил он.

— Тебя ждет красавица Люба, — ответил Олег и взял меня под руку.

— Что вы затеваете? — разволновался Костя. — Я с вами пойду.

— Иди, если делать нечего, только держись подальше.

Теряясь в догадках, я направилась к монастырю, Олег, само собой, шел рядом и сжимал мою ладонь, не то чтобы сильно, но настойчиво.

— Ты, наверное, проголодалась? — заботливо осведомился он.

— Не очень. Потерплю.

Я ожидала продолжения, но он замолчал, глядя себе под ноги. Костя держался на расстоянии, но не столь значительном, чтобы не услышать, о чем мы говорим.

Беда в том, что мы ни о чем не говорили. Шли себе вдоль монастырской стены, и моя рука была в его руке. Если на Косте я к тому моменту поставила крест, как на объекте моих сексуальных фантазий, то Олег, несмотря на некоторую дурость, продолжал меня волновать. Я некстати вспомнила, что в последний раз оставалась с мужчиной тет-а-тет семь месяцев назад, да и тот последний раз особенно успешным не назовешь.