Тайна, покрытая мраком

Я бы предпочла что-нибудь попроще, однако взгляды, которые то и дело бросали на меня Олег и Костя, согревали одинокую душу, и я с готовностью согласилась терпеть некоторые неудобства.

В клуб мы отправились на моей машине. Я, косясь на Костю, на всякий случай проверила номера, а подъезжая к клубу, позвонила Димке. На входе нас встретила Ирина, проводила в зал и проорала мне в ухо (в этом бедламе говорить нормально было невозможно):

— Народ с семи часов валом валит, яблоку негде упасть. Выпивка течет рекой, а выручка обещает быть астрономической.

Я шла за Ириной и оглядывалась. Возрастной диапазон присутствующих — от «предъявите паспорт» до «одной ногой в могиле». Первое относилось к прекрасной половине человечества, а второе в основном к мужской. Вряд ли их особо интересовал Вдовин, пожилые ловеласы пялились на девиц в коротеньких нарядах и только что не облизывались. В этом розарии я почувствовала себя едва ли не ровесницей Теодоровны. Чуть позже выяснилось: были здесь и дамы в годах. Данная категория изводила себя диетами, злоупотребляла пластической хирургией и потому выглядела примерно одинаково: костлявые, похожие на манекенов из магазинных витрин.

Я тут же приободрилась, погнав прочь мысль о том, что товар я залежалый.

Мы оказались в числе почетных гостей: для нас нашелся свободный столик, так что я могла наблюдать за окружающими, устроившись с удобствами. Выступление Вдовина началось с получасовым опозданием. Публика была не в претензии, перекочевывая из зала в бар и обратно.

Алкогольный градус нарастал и веселье тоже. Я подумала, стоит ли оставаться трезвой в свете последних событий, и пришла к выводу, что не стоит, но, махнув две порции текилы, решила притормозить. Олег от выпивки отказался, Костя, все еще терзаясь недоверием, тоже.

Наконец на сцене появились музыканты, публика заулюлюкала, тем самым выражая бурную радость, а они заиграли мелодию, которая два года назад была в особом фаворе и являлась чем-то вроде визитной карточки Вдовина. Вступление затянулось, музыканты импровизировали, ожидание возбуждало, и вот наконец появился Вдовин, его встретили громом аплодисментов и истеричным бабьим визгом.

К сожалению, он был далеко не так хорош, как на телеэкране. Среднего роста и со склонностью к полноте, рубашка навыпуск не могла скрыть пивного брюшка. Лицо его казалось утомленным, и всеобщий восторг как будто вовсе его не трогал. Но стоило ему запеть, как недостатки внешности перестали иметь значение.