Тайна поместья Эбберли

Но она всё равно уже умерла, её не вернуть… А для меня… Для нас это был вопрос жизни и смерти!

Дэвид смотрел на Мюриэл уже даже не с отвращением, а с изумлением.

– Я была в отчаянии! – Мюриэл переплела пальцы и крутила руками, едва не выворачивая себе запястья. – Я думала, что без неё мы… Я просто не знала, что нам теперь делать… И я вспомнила про миссис Кук, миссис Джун Кук, я помогала ухаживать за её матерью. Муж миссис Кук пропал, уехал по делам в другой город, и больше его не видели.

И они пять лет так и жили, мучились… Их имущество и все сбережения были оформлены на его имя, и они не могли их получить, вообще ничего не могли сделать. Ей сказали, что его признают умершим и она сможет получить наследство только через семь лет, а до тех пор всё так и будет. И я подумала, что… Что если Клементину не найдут, то… То всем будет управлять поверенный, как раньше, а он… Он ведь всё оставит как было.

Мюриэл замолчала, и никто не говорил ни слова. Повисла тяжёлая, напряжённая тишина, которую разбавляли лишь слабые всхлипы Энид и шумное дыхание разъярённой миссис Пайк.

Потом, точно опомнившись, заговорил инспектор Годдард:

– И что было дальше? Вы решили переместить тело в кенотаф?

– Нет-нет! Я не планировала. Я просто подумала, что вот если бы её не нашли!.. Мне и в голову не пришло прятать тело. Куда? Как? В реку? Там его всё равно бы нашли рано или поздно. А потом… Я посидела, отдышалась, стало полегче. Я сумела подняться на ноги, пошла к дому и подумала про то, что сейчас начнётся… Про Дэвида, про старушку мисс Фенвик.

Она любила Клементину как родную дочь… И тут я вспомнила про слухи о проклятии, про женщину в чёрном, Анну Вентворт. Про часовню и кенотаф. Я не знаю, как мне пришло это в голову, честно, не знаю… Вспыхнуло в одну секунду, вроде озарения. Я подумала, что если спрятать тело в кенотаф, его не найдут, будут искать на реке, проверять затоны, но про кенотаф никто и не подумает. Решат, что она утонула, но пока нет тела, она будет считаться живой… Пусть даже Клементину признают умершей раньше, не через семь лет, всё равно это даст мне время. Даст время моим детям. Я знаю, что поступила дурно. Я никогда не думала, что смогу сделать такое, но, клянусь чем угодно, я её не убивала! Для меня, для моей семьи, её смерть была катастрофой… Просто катастрофой… Я поэтому и пошла на это. Я сделала это ради моих девочек.