Тайна поместья Эбберли

Я хочу тихо и спокойно доделать свою работу.

– Я тогда займусь письмом, – сказала Айрис.

– И не рассказывайте о результатах никому, хорошо? Я понимаю, что не имею права настаивать на этом. Вы не связаны ни контрактом, ни присягой, я обращаюсь к вам за помощью частным образом, но всё же буду очень признателен, если вы…

– Я вас поняла, инспектор, – не дала ему договорить Айрис, которой ужасно не терпелось изучить письмо.

Айрис погорячилась насчёт нескольких часов. От письма осталось так мало, что Айрис разобрала то, что вообще можно было разобрать, за час.

Она выписала всё на отдельный листок:

поддержка … не обойтись

продолжает работать … но

прибыл вчера … важный … комиссия

от того, что лейтенант

писал домой … доро … тц … поряд (здоровье отца в порядке?)

пока дома … занимаюсь

сложности, которых я не … ухаживать

Клем…на (Клементина?)

из деревни не … беспо (бесполезный?)

произошло … не знаю, как нам

буты (бутылка?) … несча (несчастье? несчастный?)

если бы… мой сын … Она не

Я теперь боюсь за него

Айрис глядела на свой листок почти с гордостью.

Из этого даже можно было сделать кое-какие выводы и понять, о чём примерно писал Джон Вентворт. В целом письмо мало чем отличалось от тех одиннадцати писем, что привезла Мюриэл: немного про фабрики, немного про семью, немного про родителей, которые жили в Кембридже. Пожалуй, про семью было написано чуть больше обычного и не было ничего про то, как отстранённо Клементина ведёт себя по отношению к сыну, – или же этот кусочек не сохранился.

Так зачем леди Клементине нужно было брать именно это письмо? И кому было пятнадцать лет? Что за новый персонаж в этой и без того уже запутанной истории?

Первое, что приходило в голову: у Джона Вентворта была интрижка. Но от этих мыслей Айрис самой стало противно. Она не очень-то много знала о сэре Джоне, но было маловероятно, чтобы он дошёл до такого, а потом стал бы упоминать в письмах. Даже жаль, что девушке было только пятнадцать… Будь она постарше, можно было бы рассмотреть версию, что у сэра Джона был с ней роман, а Руперт в действительности был его сыном.

Айрис сама не знала, что с этой безумной версией делать дальше, – она нравилась ей скорее за красоту и драматичность.

Было уже десять часов, а Айрис не занималась своей основной работой и минуты. В последнее время она, если быть честной, ей пренебрегала… И в Эбберли, кажется, никому не было до этого дела. Дэвид тоже проводил мало времени за работой.