Тайна поместья Эбберли

И знаете, когда её снова увидели? В то лето, когда леди Клементина пропала. И из деревни люди видели, и кто-то из садовников. Но после того она опять перестала являться. А на Рождество сюда приезжал Руперт с женой и ребёнком, и с ним была няня. Девушка из Корнуэлла, никогда здесь раньше не была, проработала у них всего месяц. И вот мы как-то болтали на кухне, про всякое, ну, знаете… А она и говорит: «Я возле нашего дома такую женщину странную вижу, вся в чёрном и исчезает как призрак. Прямо жутко становится! Один раз из окна выглянула, а она стоит у изгороди, точно статуя, не шевелится и смотрит на дом, как будто ждёт кого, а лица не разобрать…» А потом она с коляской на улице была и опять ту женщину увидела.

И соседи видели. Такая странная, жуткая, всегда вечером приходит, в сумерках. Вот откуда той девочке про Анну Вентворт знать, а?

– Но если это призрак Вентвортов, то зачем ему появляться у дома того, кто Вентворт только по имени? – возразила Айрис. – Вряд ли призраки признают усыновление. Это просто какая-то женщина.

Мало ли сумасшедших, которые подглядывают под чужими окнами?

Джоан с заговорщицким видом склонилась к Айрис:

– А откуда нам знать, Вентворт он или нет? С чего им было усыновлять этого ребёнка? Леди Клементина и своим-то не занималась… Ну, пока он не подрос. Она терпеть не могла все эти пелёнки и кормления. Здесь это не секрет!

– Так странно… – Айрис прикусила губу. – Я думала об этом же. Да не о женщине в чёрном! – махнула Айрис рукой, увидев, как загорелись глаза Джоан.

 – О том, зачем им вообще нужно было усыновлять ребёнка.

Джоан только пожала плечами.

Пока у Айрис сохли волосы, она села за маленький стол у окна и начала писать письмо матери. Во-первых, она обещала ей писать не реже чем раз в две недели, во-вторых, она хотела, чтобы мать прислала ей кое-какую одежду из той, что осталась дома.

Айрис выкинула три листа, прежде чем смогла написать десять хороших предложений: таких, какие бы одновременно удовлетворили любопытство матери относительно Эбберли и не выдали одержимость Айрис этим домом, его историей и его тайнами, а также её глупых надежд, что она сможет или найти в библиотеке невероятно ценное издание, или прольёт свет на тайну исчезновения леди Клементины.

Она боялась, что мать её высмеет. Не в буквальном смысле, но миссис Кэтрин Бирн умела всего одной фразой показать смехотворность чего угодно.

Она так и не дописала письмо. Её отвлекали мысли о том, что она узнала сегодня о Руперте Вентворте.