Тайна украденной рукописи

– Здесь, – ткнул Даниил пальцем в покосившуюся ограду одной из могил.

Теперь они сосредоточенно склонились над тачкой. За их спинами близнецам ничего не было видно.

– Взяли! – донесся до них хриплый голос Юрки.

Ребята от страха зажмурились. Теперь они только слышали сопение и возню.

– Не урони! – крикнул Юрка. – Ну все. Порядок.

Дима медленно открыл глаза. Теперь тачка была пуста. Одеяло валялось рядом на снегу. Возле ограды стояло два высоких газовых баллона. Юрка гаечным ключом приворачивал к ним сварочный агрегат.

– Сейчас оградку подварим у твоей бабушки, – отчетливо пробасил он. – И лежать ей тут будет лучше. А потом еще памятник подновлю. К покойникам с уважением надо.

– Это точно, – поддержал Даниил Французский. – Лучше, конечно бы, летом, но кто его знает, когда я в следующий раз вырвусь в Россию.

Близнецы ошалело переглянулись.

– Насилу агрегат с работы упер, – похвастался Юрка. – Своим личным обедом пожертвовал. Ты мне, хозяин, за это надбавь. А то, – развернул племянник Филимоновны могучие плечи, – у меня организм такой.

– Это я тебе компенсирую, – пылко пообещал Даниил Французский.

Юрка зажег ацетиленовую горелку. Прибавил кислорода. Пламя с шипением вырвалось наружу.

– Где варить-то? – закричал он хозяину.

Воспользовавшись шумом, близнецы выскользнули из-за камня и побежали домой. Дорогою их начал душить истерический смех.

– Во, идиоты! – всхлипывал Дима.

– Я… я же знала! – вторила ему сестра.

Об обеде в тот день никто не вспомнил. Димка и Маша как раз только что кончили отчет о походе на кладбище, когда зазвонил телефон. На проводе была возмущенная Анна Константиновна.

– Я вас уже целый час дожидаюсь!

– Ой, извините, пожалуйста! – начал оправдываться Петька. – У нас тут такая игра интересная. Можно, мы еще немного задержимся?

Анна Константиновна хотела сперва вспылить. Вспомнив, однако, что внуки от истощения вроде не умирают, а в каникулы им нужно хоть немного расслабиться, она милостиво проговорила:

– Хорошо.

– Ну, конечно! – заверил Петька. – Спасибо большое!

Он быстро положил трубку и посмотрел на друзей. Щеки у него раскраснелись. Он в раже ерошил пятерней длинные волосы, и они сбились в копну.

– Понимаете, – зачастил он. – У меня что-то вертится в голове.