Тайная лавка ядов

 – А если я испытаю заклинание, а оно не сработает?

Эта мысль, казалось, застала его врасплох.

– Если заклинание не сработает… Что ж, тогда книге нельзя верить и вы должны будете вернуться, чтобы обменять ее на другую.

У него лукаво блеснули глаза.

– То есть в любом случае…

– Увидимся. Доброго вам дня, Элайза.

Я вышла за дверь в тумане головокружения, с каким-то новым, странным чувством, которого не ощущала ни разу за двенадцать лет своей жизни. Оно было мне незнакомо, я не знала, как его назвать, но уверена была, что это не голод и не усталость, потому что ни то ни другое не делали мой шаг таким легким и так не согревали лицо.

Я всей душой желала найти идеальное заклинание в этой книге возможного чародейства. Что-нибудь, что не только прогонит духов и восстановит все разрушенное, но и позволит мне поделиться добрыми вестями с Томом Пеппером – как можно скорее.

20. Нелла. 10 февраля 1791 года

Демон, который давно уже решил проползти сквозь мое тело – хрустевший моими костями и крошивший их, дубивший костяшки, хватавший за запястья и бедренные суставы, – в конце концов начал продвигаться верх, в череп. А что бы ему помешало? Череп состоит из костей, таких же, как в руке или в груди. Он так же уязвим, как все остальное.

Что-то приближалось, я точно знала.

Придет ли оно изнутри, когда мои кости сплавятся в единую отвердевшую массу, оставив меня лежать калекой на полу собственной лавки? Или оно явится снаружи, повиснув передо мной, как веревка на виселице?

Я начала скучать по Элайзе, едва отослав ее, и теперь, пока обирала листья розмарина со стебля, тоска по ее обществу была такой же липкой и резкой, как осадок на моих пальцах. Не было ли жестокостью прогнать ее, пусть я и считала ее страхи ерундой? Я не верила в то, что дом Эмвеллов кишит призраками, в чем, похоже, была убеждена Элайза, но чего стоила моя вера, коль скоро не я спала в этом доме?

Я гадала, как она, каково ей было вернуться прошлой ночью в дом Эмвеллов, в грязном от наших трудов платье, в протертых до дыр перчатках, с глупой книжкой о чародействе, которая едва ли могла прогнать призраков, существовавших только в ее буйном воображении.