Тайная связь его величества

Елизавета Георгиевна мигом позвонила некогда весьма удачно прооперированному ею директору одного из санаториев, ухитрилась, используя свои связи, взять билеты на самолет, и через сутки Тефи, Ростик, Владик, Игорь и Кирилл отправились на курорт. А мать Ирины, как обычно, пьянствовала. Стояло лето, никто не обратил внимания, что девушка пропала. Когда же родительница наконец спохватилась, прошло уже недели две. Не очень опытный местный эксперт неправильно установил время смерти, а участковый Николай Фомич написал в бумаге: ненасильственная смерть от несчастного случая.

Константину Петровичу Гусеву женская часть семьи ничего не рассказала. Затем Стефания и Елизавета Георгиевна приняли меры – обратились к психиатру. Заплатили тому большие деньги и начали лечить мальчика. Странно, что Елизавета Георгиевна надеялась на успех. Ну ладно Тефи, та ничего не понимала в медицине и искренне считала, что малолетний преступник попьет таблеток, пообщается со специалистом и станет нормальным. Но хирург-то должна была осознать: маньяк неисправим.

– Любовь часто лишает человека разума, – вздохнул я. – И дает ложную надежду.

– Да уж, Елизавета обожала гаденыша, – скривился Воронов. – А тот скоро совершил еще одно преступление…

– Он убил Ростика! – не выдержал я. – Столкнул его в колодец!

– Да, мальчик погиб. Но за некоторое время до этой трагедии некто зарезал директора школы Валентина.

– Тот-то чем не угодил Игорю? – удивился я.

Воронов вытер салфеткой пальцы.

– Понимаешь, Ваня, социопату не требуется причина, чтобы лишить человека жизни, он просто обуреваем жаждой убийства.

Если в случае с Ириной еще можно найти объяснение, ведь Астапова обидела Елизавету Георгиевну, то директор школы никак не задел чувств маньяка. Преступник стал старше на год и более тщательно подготовился. Он взял небольшой диктофон, сбегал к очередной любовнице местного ловеласа, сказал, что занимается в школе юного журналиста, и ему поручили сделать репортаж о жизни деревни Зайцево. Обманщик столь ловко задавал ей вопросы, что она произнесла нужные ему слова. Потом мерзавец разрезал пленку и склеил фразу: «Милый, приходи немедленно в сторожку, я буду там». Около полуночи он позвонил директору и включил запись. Валентин поспешил на зов.

Я погладил болевшую руку и покачал головой.

– Хитрый и умный поганец. А участковый Николай Фомич снова, не моргнув глазом, сплавил дело в архив, оформив убийство как несчастный случай.

Воронов покосился на тарелку, где остался последний пирожок.