Тайная жемчужина

Расчесав волосы, она сама их уложила, хотя к ней прислали горничную.

Флер не хотела думать о том, что скоро увидит Мэтью, и не хотела вспоминать об Уиллоуби, прекрасном Уиллоуби-Холле, к которому уже начала привыкать.

И она не станет вспоминать о герцоге. Да, не станет о нем вспоминать…

И тотчас же перед ее внутренним взором возникло лицо, обезображенное ужасным шрамом. А потом она увидела руки с изящными и ухоженными ногтями. Эти руки прикасались к ней, когда она лежала на кровати в номере гостиницы. Но они же обнимали ее в Уиллоуби, обнимали крепко и нежно…

Нет, она не станет о нем думать, не будет о нем вспоминать.

А если вспомнит, то только о том, как он приказал ей раздеться, а потом овладел ею. И еще она вспомнит о том, что у него есть красавица жена и дочь, которую он безумно любит.

Тут в дверь постучали.

– Войдите! – прокричала Флер.

Дверь гардеробной отворилась, и на пороге появилась горничная. Она доложила, что «мисс Изабеллу ждут внизу».

Флер тяжко вздохнула. Она понимала, что должна спуститься, иначе перестанет уважать себя.

Сбежав по ступеням, она быстро прошла в гостиную и замерла в изумлении. Перед ней стояла Мириам Бут.

– Изабелла! – воскликнула невысокая, чуть полноватая женщина. – Изабелла, дорогая, мы только что узнали, что вы снова дома.

Флер оказалась в объятиях подруги, на глаза ее навернулись слезы. Однако она все же успела заметить Дэниела, стоявшего у камина.

– О Мириам! – проговорила она дрогнувшим голосом, не в силах справиться с волнением.

 – О, как же мне вас не хватало!

Герцог Риджуэй поцеловал дочь, затем щенка, которого взял на руки.

– У тебя нет занятий этим утром, Памела? – спросил он. – Неожиданный праздник по причине дождя?

– Я хотела попросить мисс Гамильтон сходить со мной в галерею, чтобы попрыгать там через скакалку и посмотреть на ту леди в черном, на которую я так похожа.

– Попробуй попросить. Думаю, тебе это разрешат.

– Мисс Гамильтон, наверное, очень поздно уснула вчера, – с осуждением проговорила миссис Клемент.

 – Она еще не появлялась из своей комнаты, ваша светлость.

– И никто не попытался разбудить ее?

– Я постучала в ее дверь с полчаса назад, ваша светлость, – сказала она. – Но будить гувернанток не входит в мои обязанности.

– Так сделайте одолжение и попытайтесь еще раз, Нэнни, – сказал он. – Памела, а кто разрешил щенку таскать одеяло по полу?

Дочь прыснула, оценив шутку.

– Нэнни сказала, что можно, это ведь старое одеяло, Вот посмотри, папа.