Тайны летней ночи

 — Каждая женщина мечтает, чтобы мужчина предпочел ее дохлой корове.

Хант затрясся от смеха и повернулся, чтобы не ударить ее ногу о дверную раму. Дейзи открыла дверь и посторонилась, с тревогой наблюдая, как Хант несет Аннабел к кровати.

— Ну вот, — объявил он, укладывая ее на парчовое покрывало и подкладывая ей под спину еще одну подушку.

— Спасибо, — прошептала она, глядя в темные, опушенные густыми ресницами глаза.

— Мне нужно посмотреть вашу ногу, — твердо объявил он.

Сердце Аннабел, казалось, остановилось, а когда забилось снова, пульс был совсем слабым и чересчур отрывистым.

— Я лучше подожду, пока не придет доктор.

— Я не спрашиваю разрешения.

Игнорируя ее протесты, Хант потянулся к подолу юбки.

— Мистер Хант! — возмутилась Дейзи, спеша к кровати. — Как вы смеете?! Мисс Пейтон больна, и если вы немедленно не уберете руки…

— Пригладьте перышки, — иронически усмехнулся Хант. — Я не собираюсь бросить тень на девическую добродетель мисс Пейтон. Во всяком случае, пока. — Он перевел взгляд на бледное лицо Аннабел.

Договорить он не успел, потому что как раз в этот момент поднял ее юбку и тихо охнул при виде чудовищно распухшей ноги.

— Черт! Подумать только, до этого момента я считал вас достаточно разумной женщиной! Почему вы спустились вниз в таком состоянии?

— О, Аннабел, — вторила Дейзи, — твоя нога просто ужасно выглядит!

— Но в начале вечера все было не так уж плохо, — оправдывалась Аннабел.

Но тут Хант приподнял подол еще выше, и она вскрикнула не столько от боли, сколько от тревоги:

— Что вы делаете? Дейзи, не позволяй ему…

— Снимаю ваш чулок, — пояснил Хант. — И советовал бы мисс Боумен не вмешиваться.

Дейзи, нахмурившись, подошла ближе.

— А я советовала бы вам быть поосторожнее, мистер Хант, — нашлась она. — Я не собираюсь стоять и смотреть, как вы пристаете к моей подруге.

Хант ответил взглядом, полным нескрываемой иронии, и, поддев подвязку Аннабел, осторожно развязал.

— Мисс Боумен, через несколько минут здесь будет полно народу, включая миссис Пейтон, лорда Уэстклифа и вашу упрямую сестрицу, не говоря уже о докторе. Даже столь признанному распутнику, каковым я являюсь, требуется больше времени, чтобы овладеть кем-то.

Выражение его лица внезапно смягчилось, но каким бы нежным ни было прикосновение, Аннабел все равно охнула от боли.