Тайны ночи

Теперь, сходя по ступенькам, она крепко держалась за перила и сосредоточенно думала о том, куда ступить.

Продирая глаза, в кухонном очаге разводила огонь Джесси.

— Миледи? А я думала, вы ночевали в большом доме.

— Да, я ночевала там, — проговорила Розамунда, пытаясь скрыть свое замешательство. — Но мы с леди Аррадейл решили проводить нашего непрошеного гостя до Ричмонда.

Служанка вытерла о фартук испачканные в золе руки.

— Вам чем-нибудь помочь, миледи?

— Проследи, чтобы эта записка попала в Венскоут.

Хозяйка дала девушке шиллинг и положила на стол крону для Акентвейт.

Выслушав благодарность служанки, Розамунда тихонько вышла к парадному крыльцу и стала дожидаться карету. У нее было такое ощущение, как будто она напилась. Все чувства стали ненадежными. Перед глазами плыли радужные круги, и когда в тусклом свете раннего утра к дому подкатила карета, девушке показалось, что экипаж окутан пестрым туманом.

Карета остановилась, и Диана проворно выпрыгнула из салона.

— Ну как, получилось?

— Думаю, да. — Чтобы не упасть, Розамунда схватилась за колонну. — Мне пришлось немного выпить самой, и теперь я как-то странно себя чувствую.

Диана вцепилась ей в руку.

— Идиотка! Зачем ты это сделала?

— Не важно. — Розамунда заглянула кузине через плечо и увидела Тома, который вразвалку подходил к дому. Он-то уж наверняка не сомневался в ее безумии.

— Я привезла еще конюха из Аррадейла, — сообщила Диана, кивая в сторону второго рослого детины.

Розамунде пришлось смириться с тем, что несколько человек — их было совсем немного — догадывались о ее затее. Впрочем, ее круглый живот вскоре подтвердит их догадки. Слава Богу, жители долин не любят болтать с посторонними.

Старательно сфокусировав взгляд и досадуя, что ноги ее не слушают, она повела Диану и конюхов на второй этаж и открыла дверь спальни.

Бренд был одет, только без сапог. Он все понял! Понял и, проковыляв к кровати, перевернул всю постель. Как видно, хотел порвать простыню, которая так и осталась у него в руках.

Сдерживая рыдания, девушка осторожно высвободила простыню. Так лучше. По крайней мере теперь он уже не захочет ее видеть.

— Сапоги можно не надевать, — сказала она, удивившись собственному спокойствию.