Тайны ночи

 — Пойдем домой, милая, — наконец сказала она, приобняв Розамунду. — У нас еще есть несколько месяцев, чтобы расхлебать эту кашу.

— Нет. Если ребенок не станет наследником, рожать его нельзя.

Но та только покачала головой, не желая пока обсуждать эту тему. Сначала надо все обдумать.

Сопровождаемые шестью конюхами Дианы на случай, если маркиз опять попытается похитить Розамунду, они поскакали в Венскоут. При виде высоких каменных стен у Розамунды впервые за много лет появилась мысль: а не запереть ли ворота на ночь?

И тут она увидела у парадного крыльца двуколку доктора Уоллеса.

Сердце ее оборвалось. Она спрыгнула с лошади и побежала в дом.

— Что случилось? — спросила она у Милли, которая навзрыд рыдала в вестибюле.

— Ох, миледи, сэр Дигби! Ему стало плохо после обеда!

Нет! Подобрав юбки, Розамунда помчалась наверх, в спальню. В коридоре она остановилась, чтобы отдышаться — нельзя расстраивать больного, — и тихо отворила дверь. Может, на сей раз он наконец прислушается к предупреждениям врача.

Супруг лежал на кровати с приоткрытыми глазами и серым лицом.

По спине ее пробежал холодок.

Розамунда бросилась к кровати, но кто-то остановил ее за руку. Обернувшись, она увидела скорбное лицо доктора Уоллеса.

— Мне очень жаль, леди Овертон, но вы опоздали. Он только что нас покинул.

Пошатнувшись, Розамунда бросилась к кровати, упала на колени и взяла еще теплую руку мужа.

— Нет! Вернись, Дигби!

Диана крепко обняла подругу.

— Крепись, милая. Все кончено.

— Моя дорогая тетушка, — на плечо ей опустилась еще одна рука, — леди Аррадейл права.

Мой бедный дядя отошел в мир иной, где его ждет небесное блаженство, и мы, христиане, должны радоваться за него.

Розамунда подняла голову и недоуменно уставилась на Эдварда Овертона:

— Что вы здесь делаете? Вас же выставили из дома!

— Да, но дядя не собирался расставаться со мной навсегда. Полагаю, разлука со мной его огорчала.

— Его огорчало ваше присутствие!

Розамунда встала с колен, и тут в душе у нее шевельнулось подозрение. Эдвард объявился, и Дигби умер.

Кажется, маркиз говорил о каких-то убийствах. Яд…

Розамунда обернулась, к доктору.

Доктор скорбно пожал плечами:

— И вы еще спрашиваете, леди Овертон? Я столько лет призывал его к умеренности, но это, как видно, было выше его сил.

— Сердечный приступ? Вы уверены?

— Настолько, насколько может быть уверен медик.

Розамунда успокоилась. Конечно, когда-нибудь это должно было случиться, несмотря на все ее попытки поддержать здоровье мужа.