Тайны ночи

Бренд Маллорен не сказал ей, что он лорд! Интересно, почему он скрыл свой титул? Может быть (и как ей раньше это в голову не пришло?), его простая одежда была всего лишь маскировкой? Какими же делами промышлял лорд Маллорен, в конце концов оказавшийся без сознания и на волоске от смерти?

Впрочем, ей совсем не хотелось это знать. Сын маркиза мог быть кем угодно — разбойником с большой дороги, контрабандистом или даже убийцей.

Она поступила очень опрометчиво, связавшись с этим очаровательным бродягой. Ему нельзя доверять.

Зачем она рассказала ему о себе? Умная женщина ни за что бы не решилась на такое.

Но Розамунда была не настолько умна.

Сорвав лютик, росший у садовой дорожки, она покрутила его в руке, обдумывая, как бы незаметно проникнуть после ужина во вдовий дом и насладиться пиршеством плоти.

Розамунда уже почти пришла — осталось только обогнуть живую изгородь из боярышника, отделявшую сад от проезжей части, когда ее окликнули:

— Да хранит вас Господь!

Обернувшись, Розамунда увидела по ту сторону изгороди всадника в высокой черной шляпе.

Сперва она решила, что это племянник Дигби, Эдвард Овертон, но Эдвард позвал бы ее по имени, к тому же он был не таким коренастым.

Новый республиканец! Здесь! Это походило на вызов. Розамунда сразу же оценила всю серьезность ситуации.

— Вы что-то хотели, сэр?

Обычный с виду мужчина с приветливым лицом и очень проницательными карими глазами, одетый в поношенный серый костюм простого покроя, тотчас откликнулся:

— Это дом Аррадейл, сестра?

Услышав столь непривычное обращение, Розамунда вздрогнула, но потом вспомнила, что сектанты всех называли братьями и сестрами.

— Это вдовий дом, — ответила Розамунда, чувствуя странный холодок в груди: у нее вдруг возникло совершенно нелепое ощущение, что он знает все ее грешные планы.

— Красивое имение. А вы, надо полагать, кузина графини, леди Овертон? — Розамунда быстро прикрыла ладонью щеку, только сейчас вспомнив про свои шрамы. — Да, я узнал вас по шрамам, — продолжил он без всякого смущения.

 — Эдвард Овертон упоминал про них.

Сделав над собой усилие, она опустила руку.

— Вы знаете моего племянника?

— Знаю, и очень хорошо. Сейчас я живу в вашем доме по его приглашению.

— Он не имеет права приглашать гостей в чужой дом! — вырвалось у нее.

— Всего на одну ночь, — отозвался мужчина как ни в чем не бывало, словно и не заметил ее резкого тона. — Мы едем проповедовать в Ланкашир и по пути остановились в Венскоуте: Эдвард решил навестить своего больного дядю.