Тайные тропы

— А вот этого ты не кушал? — и он сунул под самый нос Кибица черное дуло автомата. — Я тебя выучу... — Немец разразился площадной бранью.

Кибиц, дрожа, откинулся на спину и больше не промолвил ни слова. Он только клацал зубами.

— Отгони машину с дороги, вон туда... — показал рукой унтер-офицер.

Ожогин попытался объяснить, что на спущенные баллонах ехать нельзя, можно изжевать резину. Унтер-офицер рассвирепел.

— Эй! Сюда! Все сюда! — крикнул он.

Подбежала группа вооруженных солдат.

— Вылезайте! Быстро вылезайте! — приказал унтер-офицер.

Едва Кибиц и друзья вышли из машины, как последовал категорический приказ:

— Туда ее... к чортовой бабушке...

Солдаты, как показалось Никите Родионовичу, с нескрываемым удовольствием ухватились за маленькую малолитражку, перекинули ее несколько раз и свалили в кювет.

Кибиц стоял, точно пораженный громом.

— Что творится? — только прошептал он.

— Пойдемте пешком, — предложил Ожогин.

— Не пустят, — проговорил нерешительно Кибиц.

— Тут не пустят, пройдем в другом месте, — вмешался в разговор молчавший до этого Грязнов.

Кибиц согласился. Они пошли назад, где не было патрулей, и свернули в первый попавшийся переулок.

Впереди послышались грохот и лязг. В город шли танки. Около двух десятков машин разных конструкций, с вытянутыми вперед стволами орудий, промчались на большой скорости, подняв густое облако пыли.

В первом переулке тоже стоял автоматчик. Но это был болтливый и непридирчивый немец. Уговоры Ожогина и Кибица возымели действие, он решил пропустить их мимо себя, но предупредил, что дальше стоит еще патруль.

— Тогда и итти незачем, — разочарованно сказал Кибиц.

— Ничего, идите... — и автоматчик шепнул на ухо пароль и пропуск. На вопрос Грязнова, что произошло в городе и чем вызвана тревога, немец рассказал, что во время бомбежки аэродрома партизаны подорвали водокачку на станции, казарму, где размещался батальон эсэсовцев, произвели налет на комендатуру и подожгли ее.

— Откуда тебе это известно? — спросил Кибиц, как обычно, резко.

— Откуда... Я спал в казарме и, если бы по нужде не вышел, то и мне капут был бы. Все завалилось...

— А много их? Партизан?.. — задал вопрос Ожогин.

— Этого не скажу... Не видел, ни одного. Обер-лейтенант сказал, что партизаны в город проникли, и приказано всех задерживать... К утру изловить должны...

Трое опять зашагали по узенькому переулку. На востоке уже светало и можно было разглядеть фасады домов.