Тайные тропы

Моллер, по своему обыкновению, продолжал выкладывать одно событие за другим. Он рассказал о том, что в заговоре замешан кое-кто и из здешнего города, что приезжала специальная комиссия и от имени Гиммлера произвела много арестов, что в числе арестованных есть люди, сугубо цивильные и никогда не имевшие никакого отношения к армии.

Никита Родионович заметил, что Вагнер покусывает губы, поглядывает на стены, потолок, проявляя признаки нервозности.

Исчерпав накопившийся запас новостей и сплетен, Моллер обратился с улыбкой к Вагнеру:

— А вы не скажете, что происходит за последнее время на фронте?

Вагнер пристально и в упор посмотрел на гостя.

— Вас это интересует? — спросил он.

— Конечно, как и всякого, — ответил Моллер.

— Советую купить карту и выписывать газеты. Читайте газеты и смотрите на карту, тогда все будет ясно, — резко, не спуская глаз с гостя, ответил Вагнер.

Моллер спрятал улыбку и попытался изобразить человека, глубоко обиженного резкостью хозяина.

Никита Родионович не без удивления посмотрел на Вагнера, стараясь понять, почему он держит себя подчеркнуто резко с гостем.

— Я не пойму... — начал было Моллер, но старик перебил его:

— Понимать нечего. Вы, я вижу, опять принялись за старое ремесло.

— Что вы этим хотите сказать? — язвительно спросил Моллер.

— То, что уже сказал.

— Я бы вам не советовал...

— Я бы тоже вам не советовал...

Моллер неожиданно встал, двинул стулом, выпрямился и, бросив на старика взгляд, полный злобы, быстро направился к дверям.

Выждав, пока за гостем захлопнулась дверь, старик вышел в переднюю и, видно, убедившись, что все в порядке, возвратился в комнату.

— Мерзавец... наглец... подленькая душонка, — горячо заговорил он, бегая по комнате. — Видите ли, друзей нашел. Вы с ним знакомы?

Никита Родионович рассказал, как возникло знакомство.

— Хорошо, что вы вели себя с ним осторожно... Это старый известный гестаповский агент. Половина города его знает...

В этот же день произошли и другие неожиданные события, К Вагнеру пришел Генрих Фель.

Услышав о приходе Феля от Алима, Вагнер быстро спустился из мезонина вниз, оставив в комнате Никиту Родионовича и Грязнова.

Ожогин принялся за газеты. Грязнов начал стучать на ключе, но сосредоточиться ни тот, ни другой не могли. Оба с нетерпением ждали, когда возвратится Вагнер. Наконец, послышался скрип ступенек.