На меня со всех сторон были направлены лезвия мечей. Двинься я хоть немного, могла бы пораниться.
— Вам чего? — вырвалось нервное.
Чёрный принц решил меня доконать окончательно? От запугиваний перешёл к делу? Зачем это? Я ж ничего плохого не сделала. Только уж собралась покаяться, и просить о помиловании, как они резко дёрнулись. Четверо сделали шаг назад, а пятый поднял свой меч над моей головой.
Ещё секунда… Он размахнулся. Я зажмурилась от ужаса. Происходящее всё ещё казалось нереальным, вот сейчас проснусь и окажусь дома.
Послышался глухой удар и… Ничего не произошло. Рядом началась какая-то возня, меня толкнули, от неожиданности свалилась на пятую точку и только после открыла глаза. Лучше бы я этого не делала. Совсем рядом со мной происходило что-то невероятное. Те пятеро, что остановили меня, сейчас отбивались от чёрного вихря, который двигался на них с неимоверной, нечеловеческой скоростью. Понять, что происходит, не было никакой возможности. Я лишь с удивлением следила за полётами каждого из пяти, которых раскидывал в стороны чёрный ураган.
Длилось всё какие-то мгновения, испугалась я уже потом, когда всё закончилось. Нападавшие разлетелись, словно подхваченные ветром листья и рассыпались в прах прямо на глазах. На тропинке остался Чёрный дракон, собственной, слегка помятой, персоной. И совершенно безоружный.
— Ка-ак? — выдавила я, начав заикаться от пережитого ужаса.
Хотела спросить: «как вы сюда попали и что это было», но получалось столько «ик-ак», и ни одного связного слова.
— Испугались? — Дракон присел рядом и грустно улыбнулся. — Вас нельзя и на минуту оставить одну.
— Аа-аа, — начала я, но опять икнула, так и не договорив.
— Я кое-что вспомнил и решил вернуться, — на мои слабые потуги заговорить, ответил его высочество.
— А эти? — наконец мне удалось связать хоть три буквы в слово, показав рукой на кучки чёрного пепла.
— Это не люди, — нахмурившись, ответил принц. — Кто ж ты такая, что убийца прибег к такой сложной магии?
— Не знаю! — еле сдерживаясь, проговорила я самое глупое, что можно было придумать и в очередной раз выдав «ик», разревелась навзрыд, как маленький ребёнок.
Со мной случилась самая настоящая истерика. Она давно уже назревала, и сейчас вылилась в бурный поток слёз. Схватила за лацканы рубашку третьего принца и, используя его как жилетку, уткнувшись в грудь мокрым носом, я выплакивала весь ужас произошедшего, всю накопившуюся боль, все истраченные нервы, всю жалость к себе, и отчаяние от потери брата.
