Мы с Нелл переглянулись.
– Вот это да! – только и сумел выдохнуть я.
– Я хотела сказать то же самое, – отозвалась Нелл.
И мы бросились к Миро, чтобы помочь ему справиться с пленником.
Вина и добыча
За несколько часов до рассвета в кабинете Лиссы Кристалл состоялся весьма необычный допрос. Допрашиваемый сидел в жестянке в обществе нескольких слипшихся леденцов, а жестянка находилась в школьном сейфе.
– Он правда не сможет оттуда выбраться? – шепнул я Джеймсу Бриджеру, который стоял рядом со мной.
– В машине мы всю дорогу боялись, что он превратится в человека или гризли и разломает банку.
– Он прекрасно знает, что, сидя в банке, может серьёзно покалечиться, если попытается превратиться из осы в кого-нибудь ещё, – тихо ответил Джеймс. – Если острые края банки оторвут осе лапки, то и в обличье гризли или человека он недосчитается лап, рук и ног.
Ну и ну!
– А сломать сейф не сможет даже гризли, – заверил меня Билл Зорки, вернувшийся в школу вместе с другими волками. Он нарочно загораживал дверь, чтобы любопытные ученики не заглядывали в кабинет под предлогом каких-нибудь невинных вопросов.
Я был единственным, кому позволили присутствовать при допросе: Джеймс считал, что я это заслужил. Странное ощущение – стоять среди учителей и слушать. Но мне не только разрешили послушать, но и попросили рассказать, что я разузнал.
– Между прочим, он союзник Эндрю Миллинга, скорее всего один из его главных помощников, – рассказал я собравшимся учителям.
– Он сам мне это сказал, и думаю, это правда.
– Да, вполне возможно, – мрачно кивнул Билл Зорки. – Лисса ещё наверняка спросит его об этом. К счастью, сейчас даже Миллинг не сможет ему помочь.
– Мистер Гудфеллоу, похоже, последние годы вашей основной профессией были грабежи, – начала допрос Лисса Кристалл. – Неужели за всё это время ни один оборотень не заподозрил, что у вас три обличья?
Гудфеллоу рассмеялся. Смех прозвучал гулко – видимо, из-за жестянки.
– Нет, до сих пор это считалось легендой – а кто верит в легенды! Мои родители были медведями.
Понятия не имею, как среди моих предков оказалась оса.
Лисса вскинула брови:
– Когда вы обнаружили своё третье обличье?"
"– Довольно поздно – в двенадцать лет. – Пусть и с неохотой, но Гудфеллоу всё же отвечал на наши вопросы. – В обличье гризли я забрался в дупло диких пчёл, чтобы полакомиться мёдом, и вдруг бац! – сам превратился в насекомое. Не очень-то приятный сюрприз.
