Некоторые студенты даже строили предположения, что это вообще один див, разделенный в результате какого-то колдовского опыта.
Слова Петровича тут же подтвердились. Шерсть на всех трех кошках разгладилась, Кузя одним прыжком заскочил на перила, и они с Людмилой обнюхали друг друга. Тут же к ним спикировал Руслан.
– Так ты говорил, что ничего не видел, – напомнил Аверин, – отведи-ка меня к Хранилищу. Хочу осмотреть дверь. А по дороге расскажи, как ты обнаружил, что его пытались вскрыть.
– Так как… Я утром обход делал, в пять утра, как обычно.
Смотрю, а печать-то чародейская сломана, – див снова развел руками, – а как оно случилось, этого я не понимаю.
– Ясно… И что ты сделал?
– Как что? Встал у внешних дверей, вдруг вор еще не успел уйти, Диана спала, связь с ней было не установить, поэтому Людмилу к Алексею Витальевичу отправил. Они почти сразу и прибежали. Сначала Диана, а потом и они сами. Тогда уже я и его высокоблагородию профессору Вознесенскому доложил.
Несмотря на свою забавную внешность, Петрович был дивом восьмого уровня.
Поэтому Хранилище находилось под серьезной защитой. Понятно, почему попытка взлома всех так взбудоражила.
– Профессору Вознесенскому?
Аверину не довелось застать профессора в Академии ни тогда, когда Вознесенский был студентом, ни когда стал преподавателем, но они виделись во время экзамена Аверина на высшую категорию, а также во время битвы на Перешейке. Большой силы колдун, сделавший в святая святых колдовских наук весьма быструю и серьезную карьеру.
И на экзамене Сергея Вознесенский тоже заседал в коллегии, а значит – присутствовал на арене. Аверин уже разговаривал с ним в числе прочих экзаменаторов. Что же, следует поговорить еще раз и наедине. К тому же, раз Петрович позвал его после попытки взлома…
– Он твой хозяин?
– Да, – с почтительным поклоном подтвердил див.
– Хм, погоди-ка. А почему ты не доложил сразу ректору? Ведь событие чрезвычайное.
Див потупился.
– Так это… пожалел я… спали они, поди, еще.
В четыре восемнадцать ведь только отсюда ушли. На пробежку-то они полгода уже как не ходили. Вот и спали до восьми.
– Так, стоп. А теперь по порядку. Значит, Иван Григорьевич был тут ночью и ушел чуть позже четырех утра? А пришел во сколько?
– В два. Поздно пришли они. Обычно в одиннадцать-двенадцать приходят. А уходят в два.
– То есть он приходил не в первый раз? Такое происходило часто?
– А как же. Обычно раза три в неделю они приходили.
