– Так, одну минуточку, – вмешался Аверин, – я должен узнать, что это за заклятие.
Взгляд Натальи Андреевны снова стал непроницаемым:
– Ему даже название не успели дать, потому что запретили еще до его завершения и проверки. Суть его заключалась в том, чтобы вернуть стареющему человеку молодость, обновив его тело.
– Обновить? Каким образом? Вы хотите сказать, что изобрели средство, способное остановить старение?
Она кивнула:
– Так и есть. Возрастные болезни, изношенность, травмы – всё это должно было исчезнуть.
Полное обновление. Организм возвращается в состояние, свойственное ему в шестнадцать-восемнадцать лет.
– Ничего себе… и… какова цена? Дело ведь в ней?
– И в ней тоже. Эта техника работала только с женщинами. И заключалась в том, что женщина, под руководством чародейки, беременела и по мере роста плода забирала у него жизненную силу. К концу срока беременности она обновляла свой организм, а плод, соответственно, погибал.
– Хм… звучит довольно жутко, – Аверин поежился.
– Я искала другие пути, не думаете же вы, что я всерьез собиралась оставить всё в таком виде? Но, к сожалению, донором в этом случае мог выступать только нерожденный ребенок.
И поэтому исследования пришлось прекратить, а на технику наложить запрет.
– Вот видите, как важно Хранилище? – Меньшов посмотрел на Аверина с легкой улыбкой. – Понимаете, что будет, если хотя бы это заклятие попадет в руки хм… не самых порядочных людей? А ведь оно довольно безобидное, заметьте. Там хранятся вещи похуже, и намного.
Появился официант с полным бокалом и поставил его перед Натальей Андреевной.
Чародейка повертела его в руке:
– Простите, Гермес Аркадьевич, – каким-то сдавленным голосом произнесла она. – Я пока не смогу быть вам полезна. Не будете ли вы столь любезны на минуту оставить меня с коллегой наедине?
Молодое лицо чародейки оставалось холодным и спокойным. Но ее тон выдавал сильное напряжение. Что происходит? Разговор с Меньшовым срочный и настолько важный? Она сболтнула лишнего? Аверин решил, что лучше уйти и понаблюдать за проректорами со стороны.
– Конечно, – он поднялся. Вернулся за свой стол, подозвал официанта и попросил десерт и чай. И принялся наблюдать за парочкой. Сначала они разговаривали спокойно, но не прошло и пяти минут, как Наталья Андреевна отставила в сторону бокал и, с сердитым лицом бросив что-то собеседнику, вышла из-за стола и направилась к выходу из зала. Меньшов остался на месте, только повернулся и посмотрел ей вслед.
Интересно.
