Пусть Владимир меня охраняет… Он хочет убить меня, потому что я его видел, – Матвей наклонился едва не к самому уху Аверина. – Я видел его!
– Убийцу?
– Да! Сперва я ошибся, думал, он с черного хода выбежал. Проход осмотрели, но он был закрыт, и никаких следов. Поэтому все решили, что я вру. Но это не так, я просто ошибся. Я сидел на скамейке и видел дорожки, ведущие к обоим выходам, но сами двери не видел. Убийца выскочил из центрального. Обежал арену с обратной стороны и пробежал мимо запасного выхода.
Тут-то я его и увидел. Поэтому мне и показалось, что он бежит из запасной двери, а он, сделав круг, подбежал к центральному выходу, когда там уже начали собираться остальные преподаватели. Чтобы выглядело так, будто он вышел оттуда вместе со всеми!
– Вы разглядели его лицо?
– Нет. Если бы разглядел, – юноша досадливо поморщился, – он прикрывал лицо рукой. Но я запомнил перчатки. Белые такие перчатки…
– Хирургические?
– Не знаю… возможно. Но, понимаете, он наверняка думает, что я его узнал.
– А когда вы подошли к главному входу – вы видели там среди людей кого-то похожего?
– Нет… не знаю. Там все суетились так… Он смешался с толпой, я уверен. Но меня видел. И думает, что я знаю… Пусть ваш Владимир охраняет меня, пожалуйста. У убийцы есть див, неучтенный див. И в следующий раз никто несчастный случай изображать не будет, див меня просто сожрет.
– А вы сами? Что вы делали возле арены?
Матвей потупился, но потом тихо проговорил:
– Я дедушку ждал.
Специально взял дежурство на арене, чтобы с ним поговорить. Мне нужно было сказать ему кое-что очень важное. Это касается нашей семьи. Я ждал, когда он выйдет с экзамена.
– Что вы хотели ему сказать?
Матвей опустил голову.
– Это не имеет отношения к делу, – едва слышно произнес он, – и это… личное.
«Он хотел просить денег», – понял Аверин и решил, что настаивать на ответе не стоит. Парень и так заметно нервничает, если надавить, то может полностью замкнуться. Аверин перевел тему:
– А когда вас окликнули… голос не показался вам знакомым?
Матвей задумался.
– Не знаю, – проговорил он, – я не уверен… он был… такой… хриплый, ну, понимаете?..
Аверин кивнул. Скорее всего Матвей имеет в виду, что окликнувший его пытался изменить голос. Все-таки кто-то знакомый? Не хотел, чтобы его узнали? Хотя откуда бы в Академии взяться постороннему?
– Мужской, женский?
– Мужской, – на этот раз с уверенностью ответил Матвей."
"– Хорошо.
