За трапезой, осторожно, в напряжении поедая горячую кашу, Загбой не проронил ни единого слова, как будто был один в тайге, а окружающие его люди со своими разговорами и поступками были только тенями. Даже после горячего, ободряющего чая он не выразил каких-то эмоций и спокойно, разобрав свой спальник, лёг спать неподалёку от затухающего костра.
Его поведение вызвало некоторое недоумение. Залихватов и Сергей несколько раз обращались к нему с различными предложениями, но, так и не дождавшись никаких ответов, оставили его в покое, рассудив, что утренняя свежесть всегда бодрит разум и развязывает самый скованный язык.
На весеннюю тайгу чёрной вуалью тихо и незаметно легла тёплая, мягкая и необычайно загадочная, таинственная ночь. Куском вулканической магмы едва теплится костёр. Вокруг дымчатой бесконечностью притихла тайга. Серый туман окутал влагой уснувшие кедры. Где-то в глубине оврага с настойчивым постоянством шумел гремучий ключ. С недалёкого гольца потянуло приятной прохладой.
Во временном лагере отдыхают уставшие путники.
Из провисших палаток доносится шумное сопение Залихватова, Михаила и Кости. Им помогает глубокий храп Агафона: он спит в своём спальнике в палатке вместе с Костей. Неподалёку от костра забугрился лохматый ком: в оленьем спальнике Загбой нервно переживает глубокие, вещие сны. В недалёких корневищах деревьев развалились во всю длину тела собаки. Их три: пёстрая Кухта, палевый кобель Загбоя Чингар (в память о погибшем когда-то в реке кобеле следопыт всегда называл своих собак одним именем — Чингар) и рыжая сука Залихватова Веста.
Иногда то тут, то там вспыхивают фосфорические огоньки. На малейшие шорохи собаки открывают глаза, осматриваются вокруг, принюхиваются, оценивая обстановку, но, не находя ничего подозрительного, что бы удостоило их охотничьего инстинкта, успокаиваются, шумно вздыхают и вновь погружаются в сон.
Несмотря на столь поздний час, у огня сидят двое — Уля и Сергей. Молодым не спится, их души будоражит горячая весна. Вольный воздух кружит головы.
Ароматы запахов томят сердце. Случилось так, что все разошлись по своим местам, а они остались. Друг против друга, по разные стороны костра, так, чтобы видеть другие глаза. Он смотрит на девушку постоянно, как приворожённый олень, наблюдающий за своей верной оленухой. Она иногда «искрит» своим милым взором, чтобы как будто нечаянно посмотреть, что происходит у него за спиной, или одаривает его взглядом, когда он высказывает интересную мысль.
Сергей говорит больше.
